Книга Финишная черта, страница 181 – Мари Милас

Я потираю подбородок.

— Интересно, о чем это они?

То, что Аврора хоть немного раскрыла свои чувства прессе, говорит о многом.

— Понятия не имею. С каких пор газеты так проникновенно пишут про внутренние бури?

Я смеюсь, делаю глоток кофе и пробегаю взглядом по статье, которую уже прочитал десяток раз.

«Андерсон, которая на данный момент занимает третью позицию в личном зачете чемпионата, отметила, что, несмотря на успех, она все еще чувствует, что не достигла своего максимума. «Этот финиш не дает мне ощущения завершенности. Мне предстоит проделать еще много работы как на трассе, так и вне ее. Есть моменты, которые можно улучшить, и я не могу остановиться на том, что уже достигла», – говорит двадцатидвухлетняя гонщица, завоевавшая сердца многих фанатов автоспорта.

— Ты знала, что Нельсон наконец-то достал палку из задницы и даже не сказал ничего плохого?

Аврора выключает беговую дорожку, снимает с себя датчики и хватает телефон.

— Нет.

— Слова Андерсон о «работе над собой» и «желании идти дальше» привлекли внимание не только поклонников, но и коллег по команде. «Она живет гонками, но порой сама гонка становится для нее неким зеркалом, в котором она видит свои слабости. Зачастую ей нужна поддержка больше, чем кому-либо. Однако я считаю Аврору одной из лучших в нашем виде спорта», – отметил ее напарник по команде, Нельсон Вега.

— Ого, – выдыхает она, вытирая лицо полотенцем. – Может быть, ему угрожал Гас? Нельсон терпеть меня не может.

— Но это не значит, что он не видит того, что остальные. С его стороны было бы глупо утверждать, что ты неудачница, когда он сам финишировал восьмым.

— Может быть. – Аврора пожимает плечами и заходит в спортзал, крича Заку, что он изверг и никогда не попадет в рай. Затем она возвращает свое внимание ко мне. – Я сказала Анне, что пойду на свадьбу, и она позвала меня на девичник Валери, который на самом деле девичник Хлои, о котором нельзя говорить, потому что бедная девушка понятия не имеет, что скоро выйдет замуж.

Я киваю и иду на кухню, чтобы взять печенье.

— Да, у нас тоже мальчишник Макса и Нейта, разница лишь в том, что Нейт знает о своей свадьбе, – усмехаюсь я, ставя телефон на подставку на столешнице и демонстративно засовывая печенье в рот.

— Лиам, хватит есть! И ходить голышом, – Аврора выглядит поистине злой.

Я провожу рукой по своему прессу и подмигиваю ей. Она стонет.

— Все, я отключаюсь. Это невыносимо. Я так сильно хочу есть, что у меня разговаривает живот.

— Чего еще ты хочешь? – Поигрываю бровями я. Аврора все еще не отключается и смотрит на мою голую грудь.

— Хочу смыть с твоего лица это самодовольное выражение. Все, пока! – смеется она, но перед тем, как отключиться, забегает в раздевалку и срывает с себя спортивный топ, оставляя меня с открытым ртом и каменным членом.

Звонок в дверь отвлекает меня от развратных мыслей об Авроре, и я бреду в коридор. Парни должны прийти только ближе к вечеру, а с ресепшена мне не звонят только, когда ко мне приходят люди из гостевого листа. Может быть, Нейт не может держать язык за зубами и ушел из дома пораньше, чтобы не выболтать все Хлое?

Я открываю дверь. Это не Нейт.

— Дедушка?

— У тебя такой тон, будто я восстал из мертвых, – ворчит он, толкая меня в плечо, чтобы пройти внутрь. – Мне срочно нужно присесть, в твоем доме сломался лифт.