Книга Возьмите меня замуж!, страница 17 – Марина Кистяева

Правила приличия требовали того, чтобы он поцеловал маленькую ручку негодницы. Его бабушка и её подруга стояли чуть поодаль, и когда князь приблизился к Маше и взял её руку в свою, то негромко прошептал:

— Как прикажите это понимать?

Естественно, он не ждал ответа. Не ждал и того, что рука девушки дрогнет. Хрупкая ладошка была холодной.

Маша почувствовала, как платье становится тесным в груди, а перед глазами появляется темная пелена. Она пошатнулась.

Но упасть ей не позволил князь.

Он тотчас подхватил её на руки.

— Господи, что с ней? вскричала баронесса.

Княгиня быстро распорядилась:

— Саша, неси её на диван!

Александр и без распоряжения бабки уже нес девушку к дивану. Длинные ресницы отбрасывали тени на побледневшие щечки, а грудь нервно вздымалась. Он нежно опустил её на драповую поверхность дивана, а сам кинулся к кувшину с водой. Налив в стакан, он поднёс воду к сухим губам девушки.

Реснички снова затрепетали, рот послушно приоткрылся, и Маша стала жадно пить воду.

— Что с ней? обеспокоено спросила Софья Михайловна, которую встревожила произошедшая сцена.

— Нервы, — убежденно констатировала Виктория Сергеевна, — в её годы и мы падали в обмороки по пустякам, Сонька. Как ты, дитя моё? Что случилось? Голова закружилась?

— Спасибо, не беспокойтесь, мне уже лучше

— Точно?

— Да.

— Может, нюхательную соль дать?

— Нет, не надо, все хорошо.

Девушка, стоит отметить, что не без помощи Александра, облокотилась на пуфик дивана и допила прохладную воду. Ей было стыдно, что она стала причиной небольшого переполоха. Но её стыд не шел ни в какое сравнение с тем смятением, какое поднималось в душе, стоило ей только подумать, что волею судьбы она оказалась в доме князя Митяшева!

Поистине, пути Господни неисповедимы!

Но хозяйка дома на этом не успокоилась и попросила внука проводить молодую графиню в спальню. Ужин будет только через два часа, поэтому девушке не помешает вздремнуть.

Мария хотела возразить, что в состоянии сама подняться в комнату, но все её возражения были решительно отвергнуты. Княгиня была непреклонна.

Им не оставалось ничего, как подчиниться.

Александр помог подняться Маше, и осторожно взял её за локоток. Девушка по-прежнему дрожала. Пока они шли к лестнице и медленно поднимались по ней, оба молчали. К тому же две пары пристальных и опытных глаз внимательно наблюдали за молодыми людьми. Но как только они оказались на втором этаже и свернули за угол, Мария настойчиво высвободила локоть из сильных рук князя.

— Спасибо, дальше я сама, — проговорила она, и смело вскинула белокурую головку. Она не собиралась прятаться от князя Митяшева.

— Рад слышать, что вы можете обходиться без моей помощи, а то я в этом начал сомневаться, — склонив голову набок, заметил Александр. Его невольно позабавила реакция девушки. Сейчас я вас провожу до комнаты и пожелаю приятного сна, но, Мария Сергеевна, позже я жду объяснений. Ах, да запамятовал, может быть, вы по-прежнему предпочитаете, чтобы я называл вас Михаилом?

— Нет, — сквозь зубы процедила Маша.

— Вот и хорошо.

Александр сдержал слово, — проводил её до комнаты и оставил одну.

Маше отвели большую светлую комнату, обитую зеленым бархатом в золотых и серебряных разводах, напоминающих арабскую вязь. Большая кровать с небесным балдахином стояла около окна, и солнце, которое начинало садиться, отбрасывало на шелк золотистые лучики. В комнате также находилась мебель черного эбенового дерева с позолоченными ножками. Тут же находился и умывальник.