Книга Грешный соблазн ночи, страница 23 – Марина Кистяева

— Я приехала на пару дней, — стараясь не расплакаться, ответила Маша и шмыгнула носом. — В воскресенье уеду.

— Странно…

— Что тут странного, мама? Создается такое впечатление, что ты не рада моему прибытию!

— Не говори чушь! Я рада, что ты приехала, — Алиса Федоровна всполошилась, поняв, что перегибает палку. — Неожиданно, вот и всё.

— Конечно.

Мария не стала развивать тему. Ей не хотелось выяснять отношения с матерью. Но настроение было подпорчено и сильно.

— Папа дома?

— Нет. Час назад он уехал в город.

— Когда вернется?

— Не знаю. Сказал, к вечеру будет, — Алиса Федоровна пожала плечами. — Ты есть будешь или тебя покормили?

И снова в голосе матери проскользнули недовольные нотки. Маша разозлилась.

— Я сама поем.

— Как скажешь. Обед в холодильнике.

— Найду.

Алиса Федоровна кивнула и отправилась во двор, оставив дочь наедине с невеселыми мыслями. Вот так возвращеньеце домой, ничего не скажешь. От радостного запала не осталось и следа, но Мария приказала себе не раскисать. У неё впереди были два дня, и она их собиралась провести с пользой.

Маша не успела подняться к себе в комнату, когда услышала отчаянный крик матери. Девушка сорвалась с места и, перепрыгивая через две ступеньки, кинулась вниз. Она видела, как мать выходила в сад, поэтому побежала в ту сторону.

Но она не добежала. Потому что в дом зашел Аркадий Игнатьевич.

И он был весь в крови.

— Папа? — от ужаса у Марии округлились глаза, и она зажала рот рукой, чтобы тоже не закричать.

Аркадий Игнатьевич устало посмотрел на дочь и не громко сказал:

— Это не моя кровь. Не надо кричать.

— Бог ты мой! Папа, что случилось? Почему ты весь в крови? Если это не твоя кровь, то чья?

Воспаленное воображение стало рисовать картину одну ужаснее другой.

— Хорошо, что ты дома, и мы можем поговорить….Подожди немного…Я отмоюсь….А лучше, сделай мне крепкого чая, и положи побольше сахара….

В комнату вбежала Алиса Федоровна, держа в руках несколько полотенец. Ее лицо было бледным, в глазах застыли слёзы и испуг. Она, поддерживая супруга, помогла ему пройти в ванную.

Маша бросилась в кухню, выполнять просьбу отца. Когда она заваривала чай и сыпала в чашку сахар, её руки дрожали. Что могло случиться с отцом? Почему он весь в крови? В голову не приходила ни одна стоящая мысль, а плохие она гнала прочь…

В глазах отца не было ни вины, ни раскаяния, значит, он не натворил глупостей. За это можно было не волноваться. Но он сказал, что рад, что она дома, и они смогут что-то обсудить. Это взволновало Марию, потому что голос отца звучал очень серьезно.

Что бы чем-то занять себя, Маша сварила кофе себе и матери. Поставила чашечки на поднос и вынесла в соседнюю комнату, где поставила поднос на журнальный столик. И стала ждать отца.

Ждать пришлось не долго. Почти сразу же появился Аркадий Игнатьевич. За это время он успел переодеться и отмыть кровь. Выглядел альфа обеспокоенным.

Прихрамывая, он дошёл до дивана и опустился на него. Сразу же взял чашку с чаем и жадно сделал несколько глотков. Мария выжидающе смотрела не него. В комнату следом вошла Алиса Федоровна. Она помогала мужу отмыться от крови, и немного запачкалась сама. Но переодеваться не спешила.

— Аркадий!….

— Сядьте, — не терпящим возражений и пререканий голосом сказал альфа, и обе его женщины послушно опустились в соседние кресла.