Книга Купленная ночь, страница 138 – Марина Кистяева

— Ты даже не представляешь, каким грубым и надменным мне показался в ночь весеннего лунного потока, — прошептала она, закрывая глаза и удобнее устраиваясь на груди.

Они не стали предаваться любовным утехам в память отца Уитни. Правда, Киан категорически настоял на том, чтобы Уитни пришла к нему в спальню.

— Я привык спать с тобой.

Она знала — он преувеличивает. Пусть. Её сердце сладко заныло.

Пусть…

— Почему же — представляю, — усмехнулся Киан, поглаживая девушку по спине.

Её пшеничные волосы разметались, и он лениво поигрывал с локонами, пропуская их сквозь пальцы.

— Проклятие Испытание Покорностью выматывает, и ты не ждешь от ночи ничего хорошо. Исполнить долг — и всё. Настроение соответствующее. Не буду лгать и говорить, что ты с первого взгляда очаровала меня. Нет. Симпатия пришла чуть позже. Хотя я точно не скажу, когда именно. Просто в какой-то момент понял, что не мой зверь нуждается в тебе, а я. Именно я скучаю, жажду видеть тебя, чувствовать. Вдыхать твой аромат. Видеть твои чарующие глаза. Именно я полюбил тебя и уже никуда никогда не отпущу. Кстати, ты же не против жить на Тезоратле?

Уитни сонно улыбнулась.

— Нет. Только тетушка… Мы же будем навещать Бьюри.

— Будем. Раз в год, теперь, может и реже. «Кетцалькоатль» может плавать и без меня.

— Киан, скажи, — в голове вертелась мысль, которую необходимо было озвучить, пока сон окончательно не сморил её. — На наших детей Испытание Покорностью будет распространяться?

Киан поморщился.

— К сожалению, да.

— К сожалению, — вторила Уитни и встрепенулась. — А ты не хочешь услышать моё признание?

— Я его уже слышал.

Уитни деловито нахмурилась.

— Это когда?

— В Храме. Если избранница змея не испытывает к нему настоящих чувств, не раздаётся брачная мелодия.

Губы Уитни вытянулись в трубочку.

— Значит, брачная…

— Ну, да, — шаловливо улыбнулся Киан и, положив руку на затылок Уитни, вернул её голову себе на грудь.

— Получается, мы с тобой муж и жена что ли? — от сонливости не осталось и следа.

— Для меня — да. Для моих Богов — да. Перед людьми и для тебя проведем церемонию. Определись с датой. Только прошу, не затягивай. Есть большая вероятность, что ты от меня уже беременная.

Тут последовало второе протяжное «О».

Нет, на сегодня хватит. Определенно хватит.

Спать-спать-спать.

Все вопросы утром.

Кроме, пожалуй, ещё одного.

— Киан, а когда ты познакомишь меня со Стражем Врат Киёно?

В одном из домов на окраине Бьюри сегодня никого не принимали. Клиентов встречал серьезный лакей и с дежурной улыбкой на лице сообщал, что все встречи переносятся на завтра. Нижайше кланялся и просил прощения.

Ждали особого гостя.

Мадам Ирмиса, сидевшая в комнате систрис, помахала рукой, развеивая легкую дымку от табака.

— Курение тебя погубит, Дияра.

Миловидная женщина в черном брючном костюме хмыкнула и поправила черную шляпку на боку. Короткие белые волосы чуть прикрывали подбородок, придавая общему виду изысканность.

— Вот увидишь, совсем скоро и брюки, за которые ты меня чихвостишь третьи сутки и вот такие шляпы, как на мне, и ярки губные помады войдут в моду. И непременным атрибутом образа станет трубка.

Мадам Ирмиса покачала головой.

— Даже знать ничего не хочу. Ты связывалась с систрис Сиеной? Когда она собирается к нам?

— Говорит, ей и в Сигуле хорошо. Её цветочный дом пользуется популярностью.

Ирмиса поморщилась.

— Я бы предпочла, чтобы мы все трое жили под одной крышей. Нам это необходимо.

Глаза Ирмисы закатились, она прикрыла веки, а когда открыла, то сторонний наблюдатель непременно бы испугался, вздумай он заглянуть в глаза этой женщины.

У них полностью отсутствовал зрачок.

— Ну-ка, Дияра, разложи карты, — искаженным голосом, не похожим на свой обычный, попросила она.

Дияра усмехнулась.

— Это я всегда… Это я, пожалуйста… Кого увидела, систрис?

Мадам Ирмиса ответила не сразу.

— Да так… Одного вампира… давненько он ко мне не захаживал… надо-надо это исправить… Раскладывай Таро, систрис!