Книга Та, что подарила сына, страница 19 – Марина Кистяева

Теперь папа дома. И мама вроде бы получила внимание отца. Но какой ценой?

— Папа, – окликнула его Юля, желая отвлечь. Ещё не хватало, чтобы отец вышел на улицу и встретился с людьми Тарисова. Лишние волнения папе ни к чему.

Отец сразу обернулся.

— Юля, чай готов. Давай, садись. Мы тоже попьем.

Мама засуетилась, накрывая на стол.

Обычно Юля помогала маме. Не сегодня…

Отец нахмурился, скрестив руки на груди.

— Ты чего застыла в дверном проеме, точно не родная? И что за папка, дочь?

— Мам… Пап… – Юля шумно выдохнула, собираясь с силами. – Мне надо с вами поговорить.

Им с мамой потребовалась вся женская мудрость и хитрость, чтобы уговорить отца пойти спать и ни в коем случае не выходить «покурить».

— Папа, ты бросил курить четыре года назад.

— У меня есть заначка.

Они знали про эту заначку. Мама раз в квартал обязательно покупала пачку сигарет для деда и приятелей отца, что заходили к нему в субботу посидеть, поболтать и в карты поиграть. Отец считал принципиально важным, чтобы в доме были сигареты. Мужики попросят покурить, а он не сможет угостить. Не дело.

В этот вечер «покурить» приобретало иное значение.

— Папа, они не уедут, – не хватало для полного счастья Юле поссориться с отцом.

Намного хуже будет, если у него поднимется давление.

— Я только покурю и всё.

— Конечно. Пап…

— Миш…

— Какого черта они приперлись и стоят у нашего дома?

— Они стоят на обочине. Не у нашего дома. У нас нет оснований…

— Тогда вызываем полицию.

— И что мы им скажем?

Юля настолько устала, что уже готова была плакать.

Но знала точно одно: сначала они с мамой отведут отца в комнату, удостоверятся, что тот уснул. И то, потом не пойдут спать. Женщины обменивались тревожными взглядами. Мама уже шепнула, что ждет Юлю на кухне. Та сначала кивнула, но подумала, что к ещё одному разговору не готова.

Как там ей сегодня сказали? Надо с этой мыслью переспать.

Возможно, и прав был товарищ Тарисов.

В конечном итоге, папа к ним прислушался.

— Но если к утру они не уедут…

Юля опасалась, что нет, не уедут. Не для того демонстрировали себя. Сволочи!

Те, кто сидел в машине, – только исполнители. На них злиться не имеет смысла. Им сказали – они сделали. И всё. Есть другие.

Другой.

Юля гнала от себя мысли про Тарисова. Если сейчас начнет думать, сойдет с ума. Надо немного отвлечься. Чуть-чуть.

И не получалось… Никак.

Даже после того, как отец ушел в спальню, мама пришла на кухню, а Юля к тому времени только закончила мыть посуду.

— Мама, я, наверное, к себе…

Она посмотрела на мать. Та подошла, обняла её. Юля с готовностью прижалась к матери. Сколько бы лет ни было ребенку, всё равно тянешься к родному близкому человеку.

— Всё будет хорошо, Юль.

Почему от этих простых слов в горле засаднило?

Девушка кивнула.

— Конечно.

Сил говорить больше не было.

— Я пойду, мам, ладно?

— Давай.

Обе женщины знали, что им предстоит бессонная ночь.

Юля вошла в их с Сережей спальню и сразу же снова приблизилась к кровати сына.

Спит…

Сладко…

Юля дотронулась руками до спинки кровати и с силой сжала.

Что делать? Что… Она не представляла.

Вообще.

Дальше её взгляд снова остановился на черной папке.

Там были доказательства.

Даже анализ ДНК!

Как Тарисов мог его сделать? Как?

И когда!

Вот на эти два вопроса у неё были ответы. Позавчера её вызывали в больницу для повторной сдачи крови у Сереньки. Он переболел ОРВИ, и участковый врач решил перепроверить гемоглобин.