Книга Та, что подарила сына, страница 12 – Марина Кистяева

Это великое заблуждение, что деньги дают счастье. Молодые девочки так часто думают. Иногда и Юля также. Потом, правда, всегда обрывала себя, называя глупой и наивной. А придя работать в отель, она, что называется, насмотрелась на отношение в парах «при деньгах».

Не по ней такое.

Юля признавала, что деньги дают защиту. Даже взять случай с её папой, когда из-за болезни он потерял работу, и им сейчас приходится туговато. Но они справятся. Обязательно. Потому что они семья. Юлия не глупа, рано или поздно построит карьеру. Желательно, конечно, раньше, и ситуация нормализуется.

Все эти мысли пронеслись в голове за несколько секунд, пока она всматривалась в непроницаемое выражение лица Тарисова.

Не похож на принца…

Совсем.

Скорее, на злодея.

Господи, о чем она?..

— Надо полагать, что вы ждете, что я соглашусь, да? Господин Тарисов, – вам, наверное, привычнее, когда к вам обращаются именно так, – она не смогла удержаться от язвительной реплики. – А что мы с вами тогда будем кушать, позвольте узнать? Проголодаемся, наверное. И как же ваши важные встречи, совещания. Их тоже, наверное, придется, отменить. Потому что ни сейчас, ни через час, ни завтра, ни через год, вы от меня не услышите «да»!

— Вернись за стол.

Он привык отдавать приказы, кто бы сомневался.

Юлия отрицательно покачала головой.

— Нет.

Мужчина откинулся на спинку высокого кресла, наверняка стоящего, как её месячная зарплата, а то и больше, и скрестил руки на груди.

Крепкие руки, жилистые. Интересно, если они сомкнутся на её горле, удушат?

Юлия прикрыла глаза и выдохнула. Если она и дальше продолжит думать в подобном русле, то Тарисову ничего не придется делать – она сама доведет себя до больницы… откуда её уже не выпустят!

— Ужин, кстати, сейчас доставят. Так что, отойди от двери – зашибут.

Юля пыталась сообразить, что делать дальше. Кабинет – это одно. Но есть лифт, охрана. Есть множество людей, которые заблокируют ей выход. Это первое.

Второе… Раз Тарисов знает кто она, где живет, как зовут ЕЁ сына, он может и другое.

Всё.

Юля дотронулась до ворота блузы, чувствуя, как в области груди изнутри что-то распирает, мешая дышать. Она поправила ворот, но легче не стало.

— Откуда вы узнали…

Она закрыла глаза и снова вздохнула.

— Сумасшествие какое-то.

— Читая твоё досье, у меня сложилось мнение, что ты не глупая девушка, Юля. Не заставляй меня усомниться в собственных выводах.

Она усмехнулась.

— Демьян Валерьевич, вы, правда, думаете, что мне не всё равно на ваше мнение обо мне? Или вы обеспокоены за собственное эго? Вывод-то сделали, а тут оплошность.

— Хватит язвить!

Она снова добилась того, что он повысил голос. Радости не было. Напротив, пришло осознание, что она дразнит голодного тигра свежим куском мяса, не замечая, что дверь в клетку приоткрыта.

— Защитная реакция, – честно призналась Юля, отводя взгляд.

Чем чаще она смотрела на Тарисова, тем страшнее ей становилось.

Потому что все, услышанное за последние пять-десять минут, начало в её голове принимать конкретную форму.

И пришёл страх.

Настоящий.

Юля старалась не выказать его, но никто никогда не готовил её к тому, что она окажется в настолько ужасающей ситуации, когда мир качается перед глазами и земля уходит из-под ног.

— Я не помню вас.