Книга Право на нас, страница 76 – Марина Кистяева

Что за фото? Откуда оно взялось?

И ладно бы на это всё.

Последовала реакция Богдана.

Сначала из его груди вырвался воздух. Точно парня ударили в солнечное сплетение. Звук получился рваный, шипящий. Тело его одеревенело.

Одеревенело оно и у Тони. Она интуитивно вскинула голову кверху, заглядывая в лицо Богдана.

Лучше бы она это не делала.

С таким лицом идут убивать.

— Пиздец тебе, Рыжая.

* * *

Утро было тяжелым.

— Ешь.

— Не хочу.

Даров прищурился.

— Ешь, я сказал.

— А я сказала - не хочу....

Тоня не смотрела на него.

Не могла.

На стол опустились два кулака. Со сбитыми в кровь костяшками... Едва ли не до мяса.

У Тони скрутило желудок. Какое есть?..

Ей было больно смотреть на его руки. Конвоиры, ворвавшиеся на шум, с трудом его угомонили. Он не давал обработать раны, слал всех нахер. Тоня с ужасом вспоминала, как ему дубинкой несколько раз зарядили по почкам.

И лица конвоиров, которых перло, которые жаждали сорваться на нем, но не могли, она тоже навряд ли когда-то забудет.

Её словно в бандитский боевик закинули, где правит беспредел и бесчинство.

Ночь была не менее ужасной. Она вздрагивала от каждого шороха и постоянно плакала. Рада бы не плакать, а не получалось.

Когда Богдан с шумом отодвинул стул, в её позвоночник точно палку воткнули. Причем, железную.

Она сжала зубы с такой силой, что послышался скрежет.

Что-то сейчас будет...

И Тоня не ошиблась.

Тяжелой походкой Богдан направился к входной двери и ударил по ней несколько раз. Громко.

Эти удары эхом отозвались в сознании Тони. Они звенели, создавая острую детонацию по всему телу.

— Что снова, Даров? Ты заебал бушевать.

— Девушку на выход.

Услышав последние слова, Тоня встрепенулась и не заметила, как впилась короткими ногтями в нежную кожу ладоней.

— На выход так на выход. Нам похер.

Тоня собиралась быстро. Точнее как. Схватила куртку и не смотря ни на кого, ринулась к двери.

Она уже была в коридоре. Ожидала, когда её поведут дальше. В голове стоял туман, марево. Ни одной толковой мысли. Ничего.

И вроде бы надо радоваться, что так всё закончилось. Ведь закончилось, да?..

А нет. Радости не было.

— Телефон мне дайте.

Холодный режущий голос Богдана слышался за спиной. Тоня невольно вздрогнула. Интересно, Даров осознает, насколько он сын своего отца? Эти же властные нотки, этот же тембр.

Тоня качнула головой.

Домой...

Глава 24.

— Валерий Дмитриевич, здравствуйте.

— Привет, Нина.

— Узнали...

— У меня записан твой номер. И хорош мне выкать.

Нина закатила глаза. Хорош ему, значит, выкать. Будь её воля, она ни за что в жизни не позвонила бы этому человеку. Кому-кому, но только не ему.

Сволочи. Бандиты. Вот они кто. Он и всё окружение Варанова. Про Елисея, мать его, Аркадьевича, и говорить нечего. Он во главе. А как же... Сын вора в «законе». Нет, чтобы отмолить грехи отца и пойти по другому пути. Зачем?.. Это же работать по-честному надо. А тут все дорожки уже протоптаны.

И главное, сколько раз пытались Варанова посадить! Сколько дел на него заводили. А с того, точно с гуся вода. Отряхнулся и дальше пошел. Правда, говорят, несколько лет назад он сам сел. Ой, да что только в городе бабы не шепчут на лавках.

Главное - другое. От этих бандитских рож теперь зависела судьба её дочери.

Нина в страшном сне не могла представить, что её ребенок столкнется с подобным. Ладно, она. Она росла в девяностые и нулевые. Много что видела и слышала. Всех коснулось то время. Кого-то посерьезнее, кого-то в облегченном варианте. Нину лишь вскользь. Она знала, что происходит в стране, обходила стороной людей, связанных с криминалом.