Книга Назову своей, страница 9 – Марина Кистяева

— И я.., - Люда вздернула подбородок кверху, отлично понимая, что нарывается, окончательно возводит себя в категорию людей, нежеланных в доме Ильи, и продолжила: - не привыкла полагаться на чью-то помощь.

Усиливающийся снегопад не позволил Люде рассмотреть выражение лица мужчины. Она и не стремилась, но почему ей показалось, что он прищурился и приготовился ругаться?

— Так, значит, - процедил брат Альфии, разворачиваясь от Люды в направлении проторенной тропы. – Ты идешь к машине… сейчас же! Садишься и начинаешься обогреваться! И нечего спорить с человеком, от которого в данный момент зависит твоя безопасность. Тебе никто не говорил, что подобные споры могут быть чреваты?

У Люды от неприкрытой угрозы засосало под ложечкой. То есть ей только что намекнули, что если она не будет послушной девочкой, её оставят здесь?!

Слова Али о брате приобретали другие оттенки. Более темные и красочные. Люда невольно сжалась. Ну и черт с ней! С этой сумкой! И черт с ним… С этим Ильей.

Она развернулась, на этот раз координируя движения. Если рухнет во второй раз, можно смело в снегу и оставаться.

Аля ждала их в машине. Сидела на переднем сиденье, грея руки.

Люда заднюю дверь открыла не с первого раза. И когда оказалась внутри теплого салона, с облегчением выдохнула. Да-а, это приключение она запомнит надолго. В следующий раз дважды подумает, прежде чем поддаться на чьи-либо уговоры.

— Людочка, ты как?

Девушка давно заметила, что, когда Аля накосячит и испытывает чувство вины, стремясь скорее его загладить, она начинает произносить имена в уменьшительно-ласкательной форме.

— Нормально.

А что она могла сказать подруге?

Что её колотит от гнева и унижения? Что ей хочется назад, в общагу? Что Илья деспот и шовинист? Ах, да, Люду же предупреждали! И напоследок она ещё могла сказать, что её душит обида. Она не верила, что Илья Тарин вообще со всеми настолько груб, как с ней.

— Точно?

— Точно.

Мимо окна мелькнула тень. Илья распахнул водительскую дверь, отряхнул снег с ног и сел за руль.

— Илюш, - сразу же начала Альфия, повернувшись к брату и посылая ему самую очаровательную улыбку.

Но не тут-то было.

Мужчина бросил на девушку суровый взгляд и негромко, но с интонацией, не вызывающей оптимизма, сказал:

— Дома поговорим.

Аля сразу поникла и шмыгнула носом.

Потом ещё раз. Явно рассчитывая, что брат сменит гнев на милость.

И снова мимо.

Он вывернул руль и начал движение. Люда просунула руки в рукава пуховика, пытаясь их отогреть. Она забилась в угол и не собиралась отсвечивать до конца пути. А там... разберутся.

У Альфии завтра день рождения. Девятнадцать лет. Большой праздник будет в следующие выходные, завтрашний день она хотела провести в кругу семьи. Она, Илья, Тимур и Люда. Люду изначально брали сомнения. Зачем она нужна, если собираются только близкие люди? Но подруга настояла.

Надо было слушать свою интуицию. В который раз…

Люда поежилась, согреться никак не удавалось. Она попыталась устроиться поудобнее и зачем-то посмотрела в сторону водителя. Его фигура давила, игнорировать никак не получается.

Чего Люда никак не ожидала, так это увидеть, что он тоже смотрит на неё в зеркало заднего вида.

Надо было сразу взгляд отвести. А она задержалась. Возникло странное ощущение гипноза или накинутых силков. Точно у неё не было выбора, как только смотреть на мужчину.