Книга Между нами любовь, страница 29 – Марина Кистяева

Та на мгновение замерла, прислушиваясь к своим ощущениям, потом коснулась тёплой ладошкой скулы мужчины.

— Дава... Прекрати... Пустое это…

Этот разговор у них случался с регулярной периодичностью. С каждым месяцем всё реже.

Но случался.

Ничего Давид с собой поделать не мог.

Если бы Фаина разрешила... Хотя бы намекнула. Отпустила себя…

Он бы понял с одного взгляда, ему большего и не требовалось.

Но нет. Иногда его жена проявляла завидное упрямство и стойкость характера.

Она не хотела перед ним раздеваться. Не хотела с ним больше спать.

Когда два года назад он в очередной раз забирал её из больницы после химии, Фаину прорвало.

— Я пустая... – шептала она, обливаясь слезами и скатываясь в истерику. – Мне вырезали всё, что можно и нельзя! А… Ничего не помогает!

Метастазы продолжали завоёвывать новые территории.

Именно в тот месяц между Фаиной и Давидом случился последний секс.

— У меня фантомные боли, Дава, – призналась она, прижимаясь к нему. – Ты двигаешься, а я в бездну падаю. Прости меня, мой хороший… Мой мальчик, прости…

В другой момент он непременно прошёлся бы иронично по этому её «мальчику», но тут промолчал.

Точнее он говорил, и многое, но о другом. О том, как любит, что она у него самая-самая.

Одна и на всю жизнь.

Давид нехотя переместился в кресло и сделал несколько глотков вина.

Хорошо тут… Очень хорошо.

Дом за городом они строили вместе. Фаина была талантливым дизайнером. К ней раньше запись велась на год вперёд. Она брала самые интересные и замысловатые проекты и выдавала такой результат, что её несколько раз приглашали работать в Эмираты и Италию.

Если она соглашалась, то только онлайн. Не хотела отрываться от своего дома. От Давида.

Он, конечно, тоже был не в восторге от перспективы расставания с Фаиной, но при необходимости отпустил бы. Не такой уж он и шовинист, каким мог казаться посторонним людям.

Свой дом они строили с любовью, веря, что рано или поздно детские голоса наполнят его.

Сердце мужчины сжал невидимый кулак. Крепко так сжал, сдавил с чувством.

— Слушай…

— Да?

— Может, прогуляемся? Погода замечательная. К пруду сходим.

Дава посмотрел на жену. Та склонила голову и слегка прищурила глаза. Этот взгляд он тоже отлично знал. Она всегда так смотрела, когда собиралась умасливать его всеми возможными и невозможными способами.

Он спрятал улыбку за бокалом.

Вот как перед ней устоять?

Правильно – никак.

— Пошли.

Они потеплее оделись. Давид снова прихватил плед.

— Что ты его за собой таскаешь? – фыркнула Фаина.

Ещё одной причиной, по которой они купили именно этот участок, был разбитый рядом пруд. Естественно, Шахов на него сразу наложил лапу. Пруд их – и точка! Кстати, никто из администрации или из местных особо и не противился. Документы подготовили быстро.

— Не доходят у меня руки до него, – посетовала Фаина, останавливаясь у покрывшегося белоснежной паутиной пруда.

Давид молча накинул плед ей на плечи. Пусть она в пальто и шапке, которую он натянул на неё перед выходом из дома, но у воды было прохладно.

— Дойдут.

— Угу.

Она некоторое время помолчала, потом вздохнула:

— Как же тут красиво!..

— И не говори.

С другой стороны пруда возвышались деревья, которые хрен кто вырубит. Шахов об этом тоже позаботился. Идеальное место для тихого семейного отдыха и вечерних прогулок.