Книга Сын маминой подруги, страница 90 – Марина Кистяева

— Нет.

Адам поставил колено на край кровати.

Хищник в мужском обличии… Как есть.

— Вот и я решила, что не надо нам классики. — Ее голос охрип. Она протянула руку к Адаму. — Надевай. Я принимаю твое предложение. Если уж мы начали общение так весело, то не будем изменять традиции.

Он надел кольцо. А потом рывком притянул ее к себе.

И долго целовал.

Очень долго.

А она отвечала.

Они снова оказались без халатов. На этот раз занимались сексом медленно, никуда не спеша, наслаждаясь каждым моментом. Когда Дарина двигала рукой, чтобы потрогать Адама, в воздухе мелькал блеск бриллианта.

Она приняла предложение! С ума сойти…

В номере оказалось шампанское, заказывать его не пришлось. Адам, не стесняясь собственной наготы, налил им по бокалу.

— И что дальше, Адам? — вбросила она очень важный вопрос.

Адам понял ее без лишних уточнений.

— У меня своя клиника…

— Боже…

Она спрятала лицо в ладонях. В висках застучало.

Адам настойчиво отнял их и заглянул ей в лицо.

— Эй, ты чего?

— Я абсолютно ничего не знаю о мужчине, которому сказала «да», — выдохнула она, и в глазах стояла неподдельная жуть.

Зато Адам явно забавлялся. Он почти усмехался, его брови поползли вверх.

— И что? Это критично?

Она не смогла найти слов, лишь быстро-быстро закивала головой, словно заводная кукла. Встала на колени на мягком матрасе, пошатнулась, нашла равновесие и потянулась к нему.

— И ты готов оставить клинику ради меня?

Происходящее не укладывалось у нее в голове. Ни под каким соусом.

Нет, она знала, что Адам не беден. Но собственная клиника… Ребят, это перебор! Мозг отказывался принимать очевидное.

Адам же, казалось, не проникся всей драматичностью момента. Он медленно закинул руки за голову и с ленивой улыбкой чеширского кота продолжил:

— Во-первых, клинику я не оставляю, — начал он с деланой невозмутимостью. — Она отлично продолжит функционировать без меня в качестве гендира и по совместительству остеопата. Раз в месяц или по необходимости буду мотаться в командировки. Плюс Касьян подрастает, он уже в деле.

Он сделал театральную паузу, давая ей впитать информацию, а затем наклонился чуть ближе, и его глаза сузились.

— Теперь я перехожу ко второму моменту. С чего ты, Дарина Керцаева, решила, что я делаю это ради тебя? Ты ошибаешься. Да-да, ошибаешься. Делаю я все это ради себя любимого. И только. Смотри за моими пальцами. Я получаю любимую женщину. — Он начал загибать пальцы. — И новые перспективы на новом месте. Свежий воздух опять же…

— Адам!

Дарина не выдержала и кинулась к нему на грудь, пряча разгоряченное лицо в основании его шеи и чувствуя как смех сотрясает его. Он обнял ее и тотчас перевернул в воздухе, опрокинув на спину и нависая над ней.

— И да. У меня тут вопрос принципиальный.

— Какой?

— С фамилией. Ты же возьмешь мою?

— Возьму. — Она даже не колебалась.

— Еще шампанского?

— Давай.

Пусть уж голова окончательно закружится.

Он протянул ей второй бокал.

— У меня тост.

— Слушаю.

— За наших мам.

Дарина зажала рот ладонью. Смех рвался наружу.

— Как они хотели нас познакомить…

— Со всеми вытекающими…

— Но мы справились без них.

— Судьба.

— Судьба.

Они поднесли бокалы друг к другу.

— Но Софья Маратовна… Адам, и она, и твой отец… они же поняли, что тогда произошло. В вашем доме.