Книга Робкое дыхание, страница 18 – Марина Кистяева

— Моя военная карьера осталась в прошлом, и я не особо люблю её вспоминать, — неопределенно ответил он. — Я ушёл в отставку более года назад. А с Алексеем Никитовичем мы служили в одном полку.

— Ничего не понимаю, — скорее для себя, чем для спутника проговорила Виктория. — У меня сложилось впечатление, что вы недолюбливаете друг друга.

— Вам нельзя отказать в проницательности, Виктория Дмитриевна.

— Но, Бог мой, почему? Алексей — прекрасный человек! Добрый, отзывчивый, веселый!

Аркадий скривил губы.

— Вы хотите сказать, полная моя противоположность?

— Нет, я не это имела в виду! — воскликнула девушка, чувствуя, что начинает раздражаться. Почему граф постоянно пытается вывести её из себя? Она искренне обрадовалась, когда он пригласил её на прогулку, и она была полна благих намерений во чтобы-то ни стало, если с ним не подружиться, то хотя бы найти общий язык. Но Аркадий не желал разговаривать, постоянно уходил от темы разговора.

— О наших разногласиях с поручиком Болотовым, вам лучше поинтересоваться у него, — насмешливо предложил Аркадий, не скрывая сарказма. — Мне самому было бы интересно узнать, что он думает по сему поводу.

Тон, которым говорил граф Елистратов, вызвал дрожь в теле девушки. Звучал он предостерегающе, точно Аркадий намекал, чтобы Болотов держался от него подальше.

— Я обязательно спрошу, — медленно пробормотала Виктория, окончательно запутавшись.

Радость от встречи с давним другом исчезала на глазах. Не то, чтобы её омрачили слова Аркадия Витальевича, само поведение мужчин настораживало.

— Вам будет неприятно видеть Алексея у себя в доме, Аркадий Витальевич?

— Вы наша гостья, и можете принимать, кого вашей душе будет угодно, — безразлично заметил Аркадий.

— Вы безмерно добры, — съязвила девушка и ускорила шаг.

Ещё несколько дней Виктории не давал покоя разговор с Аркадием Витальевичем. Она снова и снова воскрешала его в памяти, даже несколько раз порывалась поговорить с графом, но в последний момент передумывала. К тому же, в её жизни произошло событие, крайне взволновавшее её.

Ей сделал предложение юный князь Бахметьев.

Он постоянно бывал у неё с визитами, на балах неизменно искал её общества и старательно за ней ухаживал. Виктории был приятен этот молодой человек, но она видела в нем скорее друга, чем влюбленного мужчину. К тому же, князь Бахметьев был старше её всего на три года.

Виктория постаралась, как можно мягче намекнуть, что их связывают приятельские отношения, но, казалось, молодой человек не слышал её слов. Он настаивал на том, чтобы она подумала над его предложением и дала ответ завтра.

Как только князь Бахметьев покинул особняк Елистратовых, Виктория, подобрав юбки, поспешила на поиски Аркадия Витальевича. Лакей сообщил, что граф работает в библиотеке. Виктория, коротко постучав, распахнула дверь и стремительно вошла в комнату.

— Аркадий Витальевич, вы должны мне помочь! — взволнованно воскликнула она и опустилась в кресло, стоящее напротив письменного стола.

Аркадий, удивленный столь неожиданным появлением Виктории, оторвался от бумаг, которые сосредоточенно писал. Он аккуратно их сложил в папку, и только после этого посмотрел на девушку.

— Что случилось? На вас нет лица, Виктория Дмитриевна! Вас кто-то обидел? — последнее предположение вызвало у Аркадия всплеск негодования и…инстинкт защитника. В ту минуту он ясно понимал, что если кто-то посмеет хотя бы пальцем тронуть Викторию или обидеть её словом, будет иметь дело с ним.