Книга Поцелуй на снегу, страница 43 – Марина Кистяева

Мысленно уже видя, как они скользят по его груди к паху, обхватывают член, сжимают и…

Он пружинисто поднялся, желая прекратить извращенные фантазии.

…чем сделал только хуже.

Потому что Рита-то осталась сидеть на корточках. От его резкого движения, она вскинула голову кверху. И этим тоже допустила ошибку.

Далее все происходило за доли секунды.

Первое – в воспаленном мозгу Мартыненко взорвалась мысль, что лицо Риты находится аккурат напротив его паха. И по тому, как распахнулись шокировано глаза девушка, такая мысль пришла не только ему. Второе. Риту эта мысль тоже явно взорвала изнутри, потому что девушка начала вставать.

Но что-то пошло не так.

То ли она выпила больше, чем полагалось, то ли переволновалась. Но вестибулярный аппарат её подвел. Она покачнулась и начала заваливаться прямо на Савелия. Естественно, у неё сработал инстинкт самосохранения, она выставила руки вперед.

И, естественно, одной рукой ухватилась за его бедро, второй мазнула прямо по паху.

Где у него член давно уже находился не в том состоянии, чтобы не вызвать вопросов.

Дальше – ещё хуже.

Рита отпрянула назад. Он - за ней в попытке удержать. Она что-то вскрикнула, он не разобрал.

Итогом их непонятных телодвижений стало падение Риты в сторону елки.

Чтобы не допустить столкновения Риты и дерева, Савелий дернулся и, выставив плечо вперед, забежал за спину девушки.

И так они с матюками, ахами, охами и прочим шумом благополучно повалили долбаную елку на пол.

На несколько секунд в комнате воцарилась гробовая тишина. Каждый переосмысливал, что только что, мать вашу, произошло.

Рита оказалась в полулежачем состоянии, прикрывая лицо от колючих иголок.

Савелию же досталось куда больше.

По лицу проехало несколько веток, щедро разукрасив его.

— Савелий…

В голосе девушки слышался испуг. Сам же Савелий пренебрежительно отмахнулся, несмотря на то, что кожу защипало во многих местах.

— Ты как? – спросил он, машинально протягивая руку Рите, желая помочь ей подняться. На полу она казалась ещё более беззащитной и трогательной. Такой…хрупкой.

Она так же машинально приняла его руку, даже не подумав о последствиях.

Как только оказалась на ногах, не отошла в сторону, начав обвинять его в случившемся, наоборот, сделала шаг вперед, всматриваясь в его раны.

— У тебя есть пластырь? Перекись? Черт… Вот ты!

Она замолчала, закусив губу.

Савелий стоял, возвышаясь над ней.

И что дальше? Позволить ей «полечить» его?

Морду неприятно щипало. Кажется, всё-таки надо хоть чем-о обработать. Мало ли. Иногда от глубоких ран ничего не случалось, а от мелких порезов люди находили сильные неприятности. Поэтому Савелий мысленно махнул рукой.

Да и чего скрывать – ему хотелось, чтобы о нем позаботились.

Устал он. И за сегодня в том числе.

— Сейчас принесу аптечку.

— Она у тебя есть? – кажется, Статуэточка плоховато соображала, испугавшись куда сильнее.

— Есть.

Он вышел в соседнюю комнату и упер ладонь в стену.

Ничего… Ночь скоро закончится, а утром… А что, собственно, утром? Не будет же он очищать дорогу до трассы!

Чертова погода! Издевается над ними, иначе не скажешь.

Грудь мужчины распирало от противоречий. Достав аптечку, он вернулся в гостиную. Рита сразу встрепенулась, устремив на него немного испуганный взгляд, что забегал по лицу. Видно, хорошо он себя разукрасил.