Книга Девочка для генерала 2, страница 89 – Марина Кистяева

С Русланом было спокойно. Пусть он постоянно ругался по телефону, кого-то отчитывал, созванивался, разговаривал на непонятных языках.

Первые пару дней Катю накрывало паникой, если она оставалась одна. Коваль быстро заметил её состояние.

— Кроет?

— Да.

Она не хотела от него ничего скрывать.

Напротив, теперь она уже сама стремилась к нему. Просто быть рядом. Сидеть мышкой, не разговаривать. Пока не до разговоров… Те откровения, что она получила, грели душу.

Наивно полагать, что мужчина, подобный Ковалю, каждый день будет говорить о любви. Не зря он начал свою исповедь с истории Лизы, когда думал, что Катя не слышит. Многим мужчинам тяжело сказать «люблю». Если, конечно, для них слова – не пустой звук.

Сама же Катя также притаилась на время. Слишком много и сразу – тоже нехорошо. Более того, она подозревала, что Руслан её откровения примерил на себя – то есть услышал один раз и ему достаточно. Но нет, Генерал, она сейчас чуток отойдет, обвыкнется, осмелеет и будет каждодневно показывать, что любит. И говорить. Пусть в ответ аналогичного словесного отклика не будет, но она уже всё знает. Ей достаточно.

Пока.

А там посмотрим.

Процесс по его амнистии вошёл в завершающую стадию. Сколько суеты! Последнюю неделю Руслан практически не жил дома. Утром уезжал, возвращался поздно, обязательно привозя ей подарки – цветы, белье, конфеты. Даже огромного белого медведя привёз один раз.

— Мишка? – Катя даже зажала рот рукой.

— Проходил мимо, увидел, решил взять.

Руслан поставить медведя у кресла, сам же направился к Кате. У девушки сердце встрепенулось, по телу полилась знакомая теплота. Другой реакции быть не могло.

Катя встала с кровати и потянулась к нему.

— Привет.

— Привет.

— Медведь очарователен. Буду его тискать, пока тебя нет.

На слове «тискать» глаза Коваля потемнели, и он протяжно выдохнул.

— Да. Тискать, помимо меня, можно только медведя. Конкретно этого. Всё.

Он подошёл и положил руки на её плечи.

— Пи… ц, как соскучился, Воробушек.

— Ты ругаешься.

— И часто.

Она задрожала от его близости. После выписки из клиники, да и пока она лежала, Руслан к ней не прикасался откровенно интимно. Брал за руку, гладил. Иногда по волосам, чаще по шее и щеке. Катя заметила, что шее он уделял особое внимание. К губам прикасался, но очень поверхностно, они ещё хранили следы травм. Катя сама пыталась углубить поцелуй, но Руслан пресекал её попытки.

— Не надо.

— Я хочу.

— Всё будет, маленькая. Подожди.

Сначала Катя насторожилась, даже немного обиделась. Она хотела целоваться с Русланом. Ей необходимы были его ласки! Потом одернула себя. Он давал ей ласку! И много! Постоянно прикасался, гладил, но так, чтобы не задеть ни одного синяка, не потревожить болячки.

Руслан берег её.

— Руслан, мы осторожно…

— Воробушек, ты ко мне пристаешь? Сама?

— Ээээ… Немного… Мне кажется, что тебе надо и…

Она замолчала, потому что он навис над ней. Глаза прищурены, кадык нервно дернулся.

— Катя, надеюсь, это был последний раз, когда ты прикасалась ко мне через «надо».

Он разозлился. Пришлось ей поднимать руку и гладить его по скуле.

— Я поняла.

Она хотела, как лучше, не понимая, что этим поступком снова едва ли не откинула их отношения на прежний уровень «Генерал и заключенная».

Руслан предупредил её, что будет давать интервью.