Книга Большой. Злой. Небритый, страница 22 – Марина Кистяева

Вернувшись домой, я постояла возле них и негромко вздохнула. Меньше времени уйдет на сборы.

Хлопнула входная дверь.

А вот и хозяйка.

Я не пошла встречать Риту, сама меня найдет.

— Следовало бы запираться.

— Я видела, что ты подъехала, — соврала я, не моргнув глазом.

Рита встала в дверном проеме, опираясь плечом о косяк. Скрестила руки на груди.

— Ты куда-то собираешься, а я не в курсе?

— Да, собираюсь. И да, про не в курсе… Как оказалось, ты тоже многое что скрываешь.

Сил вести деликатную беседу с сестрой не было.

Я распахнула чемодан и оглядела его содержимое. Почти всё на месте. Что мне ещё надо? Гигиеничные принадлежности.

— Может, всё-таки скажешь, куда собираешься?

Я пожала плечами.

— А чего бы ни сказать? К родителям. Давно не была у них. Навещу. А потом я поеду к бабке в деревню. Wi-Fi там отлично ловит, работать могу. И весь остаток лета я проведу там, где свежий воздух, наше любимое озеро и…

— …комары, — закончила за меня моя любимая сестра.

— Да, и комары, а ещё мошкара, — я посмотрела на Риту с вызовом.

Вот только попробуй что-нибудь сказать…

— Потерплю.

— С южных морей в глухомань? Что-то тебя штормит, сестренка.

Ну, всё!..

Я швырнула халат в распахнутый чемодан, повернулась к сестре, уперла руки в бока.

— Мой «шторм» так… волны, что пускают мальчишки палками! А вот у тебя… Не хочешь объясниться?

— Надюш, я тебя умоляю, вот честно… Знаешь, у меня такое чувство, что я только и делаю, что последние сутки объясняюсь.

— Напортачила много.

Своих позиций я сдавать не собиралась.

— Не много, — она хитро улыбнулась, подняла руку и свела большой палец с указательным. — Чуть-чуть.

— Не подлизывайся.

— Я очень устала. И хочу спать.

— Так спи.

— А ты продолжишь паковать чемоданы?

— Уже.

— Хотя… правильно.

Пауза показалась мне напряжённой.

И немного знакомой.

Сегодня актуально разговаривать в такой манере?

— Уточнишь? Или мне снова продолжить теряться в догадках? Домысливать, что да как.

Рита, продолжая загадочно улыбаться, — я так, кстати, ни фига не умела, — двинулась в мою сторону. Я повела головой.

— Вот почему, скажи мне, пожалуйста, дорогая моя одноутробная сестренка, не успела я вернуться в Москву, как началась непонятная круговерть? Меня пытаются втянуть в историю, к которой я совершенно не причастна! Ты, с которой мы всегда вместе, всегда на одной волне, начинаешь отводить от меня взгляд. И! — тут я тоже уже не могла обойтись без театрального жеста, подняла указательный палец кверху. — Ты собираешься замуж! А мне НИ СЛОВА!

Брови сестры медленно поползли вверх.

— Кто сказал?

— Должна была ты! — я рассерженно стрельнула глазами.

— Я всё расскажу. Всё-всё.

Я прищурилась.

— В чем снова подвох?

— Почему обязательно он должен быть? — она нацепила на лицо ангельское выражение. Сама невинность, черт её задери.

— Потому что ты упомянула про чемоданы.

— От тебя ничего не скроешь.

— Выяснилось, что многое. Итак?

Я ждала ответа.

И дождалась.

Рита, ослепительно улыбаясь, точно мне намеревается сообщить самую важную в её и, наверное, моей жизни вещь, сказала:

— Я тебе обо всем-всем расскажу обязательно. Но не отмахиваясь от комаров у бабушки в деревне, а нежась под лучами ослепительного средиземноморского солнца у бассейна, попивая нереально вкусные коктейли. Мы с тобой едем на Кипр, детка!