Книга Сердце офицера, страница 29 – Марина Кистяева

Рядом не было Саши. А та засыпала с ней!

Ольга подорвалась, вскрикнув, подхлестываемая волной паники и дезориентации, за которой последовало облегчение с примесью накатывающего раздражения.

Петр Громов наблюдал, как медсестра Лена собирает Сашу. При этом Саша, которая постоянно капризничала при одевании, что-то активно говорила на своем языке, попивая смесь из бутылочки.

— Что тут происходит? — с лихорадочно заходящимся сердцем спросила Оля.

Она видела, что происходит, но не могла не задать вопрос!

Если Лена засуетилась, покраснела, то мужчина выглядел совершенно спокойным.

— Ты спала, Ольга. Саша попросилась на улицу. Лена согласилась с ней погулять.

— Прямо так и просилась? — девушка вспыхнула, точно зажженная спичка, поспешно вставая.

Этого делать не стоило. Перед глазами снова замелькали мушки, и закружился «вертолет».

— Ольга, если вы против, я…

Оля вскинула руку вперед, обрывая зардевшуюся Лену и пытаясь сориентироваться в происходящем.

Не военный госпиталь, а санаторий какой-то! Любая прихоть, любой каприз.

— На улице холодно, — наконец, проговорила Оля, не смотря на Петра. Когда тот вошел? Почему она не слышала? Почему она вообще ничего не слышала?

— Мы в саду погуляем. Он надежно защищен от ветра и…

Саша захныкала, потянув руку к двери.

— Меня надо было спросить, — недовольно проговорила Оля, сводя полы халата на груди. Она это сделала по инерции, помня, что заснула сразу после кормления и может выглядеть не особо приглядно.

Интересно, что успел снова увидеть Громов?

В конечном итоге Саша ушла гулять с Леной. Оля встала, проверила, как одели Сашеньку. Было откровенно не по себе. И то, что отпускала Сашу по факту с малознакомой девушкой, и то, что без ведома Ольги распорядились. Плюс в какой-то момент она пожалела, что сорвалась на Лене. Уже около двери Оля задержала медсестру и негромко поблагодарила её, извинившись.

— Я всё понимаю. Отдыхайте.

Как же… Отдохнешь тут!

Оля дождалась, когда за девочками закроется дверь, и лишь тогда повернулась к Громову. Тот стоял у окна, уперевшись поясницей в подоконник. Мужчина скрестил руки на груди и выжидающе наблюдал за происходящим.

Хозяин положения, мать его эти! Оля редко ругалась матом, но сейчас ей хотелось на нем разговаривать!

Не так она рассчитывала начать вечер и повторный разговор с… генералом.

— Не делайте так больше, — глухо выдохнула девушка, не зная, куда себя деть.

Громов снова на неё смотрел.

По-мужски.

— Как?

— Не стоит распоряжаться судьбой Саши за моей спиной.

— Громкое заявление, — в голосе мужчины проскользнула неприкрытая ирония, от которой Оля поморщилась.

Теперь ей понятно, откуда в нем взялись снисходительность в общении и превосходство. Он, наверное, знатно посмеялся, когда она утром рассыпалась в обвинениях и назвала его майором?

Громов уже утром знал, что при любом раскладе ему ничего не будет. Даже протокола не заведут.

— Петр Михайлович, вам же, наверное, не нравится, когда вашим детям посторонние люди говорят, что делать, — она старалась сохранить видимое спокойствие, хотя внутри неё продолжал бушевать ураган.

Что говорила Лена про Громова? Завидный жених? Медперсонал пускал слюни в его сторону? Да и другие жидкости, надо полагать, тоже выделялись активно.

У Ольги же, кроме холодной испарины, никакие другие физиологические процессы в отношении Громова не проявлялись. Может, он и видный мужик, чувствовались в нем порода и прочая стать. И наверняка есть женщины, которые приходят в восторг, видя рядом с собой подобного мужчину?