Онлайн книга «Первый встречный»
|
Спрятала прелести… При других обстоятельствах, не стой за его плечами Стас и Германом, он бы и убрал руку…А так… Пусть хоть что-то прикроет! — Что за форменное безобразие на тебе надето? – прошипел Никита. — Нравится? – вспыхнула радостно Аля. Потом вспомнила, что радость проявлять ей якобы не положено, и сразу приняла серьезный вид. – Это, между прочим, платье. Пусть и домашнее. Или сорочка… Да какая разница! Я его для фотосессии покупала. Правда, классное? — Ты еще покрутись, – тихо бросил Никита, четко следя, чтобы парни особо не пялились на Алю. — Что? Повтори, я не расслышала, что ты сказал. — Ничего, забудь. Где твоя скотинешка? — Там. – Аля указала на крышу бани. — Ты прикалываешься? Она покачала головой, состроив умилительную мину. В чем плюс пьяненькой Али – она стала добренькая и, кажется, напрочь забыла, как они расстались. — Потом расскажешь, как это – пить с котом. — Нормально пить, – пробубнила она. — Помощь, так понимаю, наша потребуется? Герман встал рядом. — Если только ты жаждешь полазать по конькам крыши. — А уж коту самому не судьба спуститься? Или для профилактики можно его и оставить на ночь грядущую. — Вы просто не любите котиков так, как любит их моя бабушка, – горестно вздохнула Алевтина в тоской глядя в сторону бани. — Пипец. И че, мы пить дальше не будем? – Германа открыто забавляла ситуация. Никиту тоже. Да и Стас негромко, добродушно хмыкал за спиной, давя смех. Хорошо, что не вмешивались, и на том спасибо. — Будем, – решительно произнес Никита, увидев, как серое пятно замаячило на крыше. – Но сначала кое-что вспомним… — Ты говоришь загадками, Нэкит. Поконкретнее можешь? — Давно по крышам не бегал, Герман? Тащи лестницу, будем навыки возвращать. * * * Аля не хотела открывать глаза. Такое с ней редко бывает. Вроде бы и начинаешь просыпаться, но в покрытом туманом мозгу настойчиво звенит – почему-то именно звенит – мысль, что что-то не так… И не находится объяснению этому процессу. Аля шумно вздохнула в подушку. Мягкая… Хм… У бабушки подушки не такие. Более жесткие, набитые пером. И сколько Аля ни пыталась их заменить, привозя ортопедические, Антонина Васильевна их принципиально игнорила и раздавала соседкам. Подушка была не бабушкина. Сто процентов. И голова… Что с головой? Почему такая тяжелая? От двух бокалов вина похмелья не бывает. И еще… Тяжелая рука придавила попу Али. Ощутимо так. Девушка распахнула глаза. Все! Она не спит! Товарищи, руку убираем, трезвость сознания возвращаем! Ничего подобного не происходило. — Спи, Аль… Рано еще… Спать?!... Голос Никиты Безфамильного она узнает среди десятка других голосов! Или даже сотен. Аля, не делая резких движений – ну, а вдруг! – повернула голову на звук. Она не могла видеть себя, но глаза у нее распахивались по мере движений. Рядом на соседней подушке спокойно покоилась голова Никиты. Сам он, соответственно, тоже. Просто голова оказалась в опасной близости от ее. Секунда... Вторая… Третья… Ничего. Мозг отказывался с ней сотрудничать. Память тоже. Зато тело ошпарило кипятком. Аля завозилась, попыталась даже встать. Тщетно. Во-первых, не позволила все так же рука. Во-вторых, тело Али тоже решило сегодня с утречка отыграться на ней. — Ты чего егозишь? Спи, сказал. — Ники-ит, – позвала она шепотом. |