Книга Прикосновение, страница 72 – Марина Кистяева

— Игнат… Всё хорошо. Слышишь? Ничего с ней не случилось.

— Поехали, – выдавил из себя мужчина.

— Машины надо подождать. Мы пьяные. За руль не сядем. Никто, – жестко и безапелляционно сказал Скифский, чем окончательно выбесил Игната.

— Да неужели? – процедил тот, сбрасывая его руки с себя.

— Да! Ждем людей Валгара.

— Тогда я сам…

— Ну, конечно, ты сам! Пятница, Дава, менты на каждом перекрестке патрулируют! Ок! Давай, вали! Ищи Диану сам! – взорвался Мирон, тоже находясь в пограничном состоянии. Скиф сразу же поставил себя на место названного брата и отлично понимал, как того сейчас корежит. Он бы с ума сошел, если бы ему позвонили и сказали, что с Лидой – возможно, черт побери! – что-то не так…

Есть вероятность, что Диана Тимуровна загуляла? Есть! Тогда почему GPS не работает?!

Рядом оказался Доля. Встал чуть поодаль от Игната.

— Не кипишевать. Я сейчас своих тоже подтяну. Найдем мы девочку… Раз уж она твоя, Игнат.

— Попили, называется, – проворчал Степан, направляясь к выходу. – Чё стоим? Кого ждем? Пошлите к подъезду! На улицу… Заодно и буйные головы остудим.

Надо ехать домой.

У большинства людей дом ассоциировался с уютом. С чем-то родным, близким. С теплыми очагами, с любимыми людьми.

С местом, где тебя любят и ждут.

У Дианы ничего подобного не было.

Странно как-то.

Про загородный дом Булата она не думала. Это априори чужое. К квартире тоже никак не привыкнет. Поначалу радовалась, строила планы, как переделает, что добавит. А потом… Что-то пошло не так.

Грусть-тоска накатила внезапно.

Ещё и телефон сдох… Вернее, даже не сдох, он отключился внезапно и не подавал больше признаков жизни. Номер Булата она знала наизусть, могла позвонить в любой момент с автомата.

Как и другой номер она тоже запомнила… Несколько раз прочла, и всё, забыть не может.

Поэтому тревоги за собственную безопасность не было.

Казалось, чего грустить? Впадать в хандру. Всё же налаживается, правда?

Эльдар прислал документы, отписав ей некоторые активы. Интересно, какие рычаги задействовали, чтобы он отказался от того, что считал своим? И неважно, что эти активы шли её приданным.

Дальше. Булат проявил инициативу, поговорив с приятелем, и тот согласился в качестве эксперимента пригласить Диану поработать дизайнером. Она уже пошла на курсы, начала заниматься, полностью погрузившись в учебу. Над заданиями и проектами сидела часами. Читала, изучала, практиковала. Снова и снова занимала мысли. Погружалась в новую для неё информацию и спать отправлялась лишь тогда, когда уже перед глазами всё плыло.

Но если она рассчитывала, что сон принесет ей заслуженный отдых, то сильно заблуждалась.

Во сне Диана погружалась в пучину разврата и щемящей тоски.

Ей снились ЕГО руки… и он сам. Она почти никогда не видела лица Давирова, лишь очертания. Смутные, зовущие, теребящие. В каждом видении он был разный. Приходил, душу из неё вынимал своими прикосновения. Она горела во сне, тянулась к нему, пылала страстью. Дважды Диана просыпалась в поту, с ноющими сосками и мокрыми трусиками. Тянула руку к лону, проводила пальчиками по набухшим складкам и сходила с ума. Стонала, ласкала себя, потом психовала, переворачивалась на живот, чтобы снова застонать. Соски соприкасались с простыней, выходило трение, которое отдавалось во всем теле возбуждением.