Книга Прикосновение, страница 13 – Марина Кистяева

Чем больше суетишься, решаешь дела, тем больше возникает потребность в уединении, поближе к природе.

— Каждый день есть такое желание. Посадить Лиду в машину и свалить.

— Вот и я про то.

— Понял. Смотри, что мы имеем. Диана Тимуровна не любовница Валгара. Она его кузина. Дочь погибшего дяди. Жила последние годы за пределами России. Вернулась две недели назад. Домашняя девочка, которую всю жизнь оберегали и с которой сдували пылинки. Теперь догоняешь что к чему?

Давиров отлично догнал. Свел брови на переносице и недобро глянул на друга.

— Тогда какого черта домашняя девочка бортует голодных, злых мужиков на трассе?

— Ты и голодный? – Мирон продолжил в том же духе.

Последние месяцы Игнат пустился во все тяжкие. Так принято говорить в народе. Менял женщин, пробовал. Ни на ком не останавливался, потому что не затягивало.

Он был женат восемь лет. Единственный из их четверки, кто женился довольно рано и искренне считал, что раз и навсегда. Первая любовь, сумасшедшая страсть, бешеные искры в постели. Лора отвечала всем его потребностям, удовлетворяла так, как могла У неё получалось отлично. Хорошая хозяйка, красивая женщина. На неё заглядывались мужчины, и она часто подчеркивала это, желая вызвать ревность у Игната. Сначала он и ревновал. Всё, как полагается. Любил, горел, смотрел на Лору с восхищением. Считал только своей.

Она и была его, тут нечего на неё волну зря гнать. Она ему не изменяла, в этом Игнат её не мог упрекнуть.

Просто в какой-то момент что-то изменилось. Незримо, почти незаметно. Шаг за шагом отдаляя их друг от друга.

И вот тут понеслось.

Пропала чувственность, страсть. Постепенно снижалось доверие, душевная близость. Уходила потребность разговаривать, делиться планами. Появилось раздражение, которое с каждым днем гасить становилось труднее.

Лора тоже злилась, не понимая, что с ними.

Тогда она подняла вопрос о ребенке.

Когда они женились, то договорились, что с ребенком торопиться не будут. Их обоих устраивало, что они принадлежат друг другу. Потом бизнес начал стремительно развиваться, про ребенка никто не заговаривал: ни он, ни Лора. Жена не участвовала в бизнесе, даже не пыталась вникнуть. Игнат иногда думал, что её безразличие к этой немалой части его жизни сыграло не последнюю роль. Он приходил домой, а в ответ тишина. Поначалу Игнат что-то ещё рассказывал Лоре, потом перестал. Она делилась тем, чем занималась, куда ходила, какую новую процедуру делала.

Лора никогда не была пустышкой. Пустышки не привлекали его и в юности. В какой момент она превратилась в красивую, помешенную на своей внешности женщину, Игнат не знал.

Понял, что его дурят, когда нашел контрацептивы. К тому времени они с Лорой уже год якобы не предохранялись, и он лицезрел, как каждый месяц жена печалится, что снова пришли месячные и у них ничего не получилось.

Сука!.. Игнат мог понять всё. Нежелание иметь ребенка в том числе. Но какого черта Лора обманывала его?!

Оказалось, всё довольно просто и до неприличия прозаично.

— Думаешь, я не в курсе, что якобы твой бизнес тебе не принадлежит? Что у вас всё на всех? Очень мило, Игнат! Зашибись просто! Надо же, какие вы, братаны, честные и порядочные! А главное, друг за друга горой. Гардемарины хреновы! – Лора напилась с подружкой, которую он не без скандала выпроводил из дома. В продолжении получил пьяные разборки. – Нет, чтобы как у людей! По-нормальному! На себя оформлять, он на Долю… Или Барса! А этот… зэк ваш…