Книга Я сохраню нас, страница 27 – Juli Si

— Значит, можно считать, что и ты за мной подглядывал? — лукаво посмотрела на него я.

— Пусть будет так. — сдался он, продолжая изучать мои изгибы.

Я нырнула рукой под его рубашку, от самого ворота до первой пуговицы, нежно проведя пальцами по его коже. Такая нежная, бархатистая… Каждый миллиметр, такой любимый, мой…

Я медленно стала расстегивать пуговицу за пуговицей, смотря ему в глаза с вызовом. Ткань медленно расходилась под моими руками, и я ощущала под ней жар от его тела. Опускаясь всё ниже и ниже, я неторопливо дошла до последней пуговицы, но не расстегнула её, дразня, играя, нежно касаясь его тела своими пальцами. Я чувствовала, что его дыхание стало неровным, каким-то тяжёлым.

— Ты специально так медленно? — выдохнул он, наклоняясь ближе.

— А ты спешишь? — я едва коснулась его губ и снова отстранилась.

Расстегнув рубашку полностью, я оголила его грудь, торс, провела рукой по всему обнажённому телу, рассматривая, любуясь, будто в первый раз. А затем резко прижалась губами к его груди, целуя, оставляя след своей помады на его теле. Я почувствовала, как учащённо забилось его сердце. Он остановил меня, забирая моё лицо в свои руки, поднося к своим губам, чтоб поцеловать.

И этот поцелуй вышел стремительным, чуть резким. Я ощущала, что Томас сгорает от желания, но мне хотелось раскалить его до предела.

Я расстегнула его ремень, но не спешила снимать его штаны. Рукой нырнула под штаны, затем под трусы, находя его уже возбуждённое место.

Мои пальцы чуть сжали его плоть, дразня и играясь. Я ощущала его усиленное возбуждение, желание, и как он подавался на встречу моим касаниям.

Наш поцелуй стал ещё неистовей. Руки Томаса забрались в мои волосы, освободив их от заколки. Локоны рассыпались на плечи, и теперь он блуждал своими руками в моих волосах, порой хватая их с какой-то бешеной силой.

В какой-то момент Томас приподнял меня, усадив на стол, пытаясь раздвинуть мои ноги.

— К сожалению, с этой юбкой это невозможно… — прошептала я на ухо.

Спрыгнув со стола, я повернулась спиной к Томасу, указывая на молнию сзади:

— Поможешь?

Без ответа, он резким движением дернул молнию, и юбка скользнула на пол. За ней полетел и мой пиджак. Я осталась в одной рубашке, белье и обуви.

Томас тоже начал расстёгивать на моей рубашке пуговицы, медленно, увлечённо. А я всё любовалась его сосредоточенным взглядом, серьёзным лицом, как тогда, за работой. Полумрак подчёркивал его чёткие скулы, красивые и такие любимые черты.

Когда он дошёл до середины рубашки, и дальше у него что-то не получалось, он резким движением дёрнул ткань и не расстёгнутые пуговицы разлетелись по комнате.

Я ахнула от неожиданности.

— Я куплю тебе новую рубашку... — еле слышно сказал он, запуская руки на мою обнаженную фигуру.

Томас снова усадил меня на стол, рьяно прижимая к себе. Его руки трогали мои плечи, руки, переходя на спину, губы впивались мне в шею, ключицы, грудь. Он задыхался, целуя меня так стремительно, энергично.

Я обняла его таз своими ногами, приближая к себе ближе. Он тёрся своим пахом о мой, создавая жар через одежду, пламенный, искристый.

Когда наше возбуждение начало выливаться через край, наше нижнее бельё тоже улетело на пол. Томас вошёл в меня рывком, стремительно, стараясь быстрее догнать упущенное время.