Книга Стань моей стеной, страница 88 – Ксюша Иванова

— Прочувствовали, — бурчит Арс за нас обоих.

— Дальше постараюсь покороче. Поступить куда-то учиться Амирханов не может — средств нет, работу таким, как он предлагают только самую черную, устроился в автомастерскую. Денег платят немного, жилья своего нет, приходится скитаться по углам земляков. А тут он знакомится с Сашей. А ей 19 лет. Он сразу прочухал, что у нее семья не из бедных. Голову вскружил. Она к родителям, мол, любим, хотим жениться. А отец ее в позу встал. Мол, дочка молода еще, подумать-погулять еще надо. Вот тут-то тормоза в отцовской тачке и отказывают. Говорит, что на него, на Руслана, и не подумал никто, потому что смысла зятю будущего тестя убивать никакого не было. Полиция, оказывается, не докопалась до того, что Сашин отец был против их с Русланом отношений. Родители погибли. Саша в шоке была. А тут — поддержка в лице Руслан. Короче, на Саше он женился, бизнес в свои руки прибрал. Связался с местными представителями своего народа. А они у нас тут разными видами нелегального бизнеса промышляют. Деньги полились рекой. Вроде как, жизнь стала налаживаться. Вот тут-то и объявилась его семья. И стали они требовать...

Мик затягивается. И я предполагаю:

— Долю его бизнеса?

— Круче.

— Куда уж круче? — пожимает плечами Арс.

— Стали они требовать внуков! Типа, мужик в определенном возрасте должен обязательно создать семью — жена, дети... а у их сыночка ничего этого нет!

— В смысле как это, нет? — с трудом догоняю я.

— А вот всё, что по нашим законам, по православным там канонам и даже просто по юридическим, они не признают. У них главное, брак перед Богом! Они ему и невесту подыскали. И даже... вы удивитесь, невеста эта сюда приехала. И Руслан давно уже, года полтора на два дома обитает.

— И Саша стала лишней, — понимаю я. — но Ромка ведь... Ромка ведь его сын! У них же, вроде бы, дети всегда на первом месте, особенно сыновья?

— А Ромка на него не похож.

— Ну, с возможностями Амирханова сделать экспертизу — дело пары дней.

— Но Бог ведь не зря сделал ребенка не похожим на отца?

— Че за бред? Средневековье какое-то! — просто не могу осознать всю степень этого кошмара я. — То есть, если внешне не похож, то и не твой?

— Бред — не бред, но Амирханов убежден во всем, чо я вам рассказал так же ясно, как в том, что Земля круглая!

— И что он планировал с Ромкой сделать? — спрашиваю, пытаясь уместить все услышанное в своем мозгу и как-то... абстрагироваться, что ли, от этого хотя бы временно. Чтобы не думать о том, что могло с ними случиться, если бы я тогда не увидел, как он ее ударил во дворе. — Неужели тоже убил бы?

— Говорит, что хотел ребенка к родителям отправить. Типа, на воспитание... Но Евгеньич думает, что типа, в рабы...

Вот сука! Своего же пацана!

Слышу, как открывается входная дверь, и Настя кричит с порога:

— Эй, мужики, кушать подано! Давайте быстрее, а то мы от голода умираем!

— Особенно ты, — себе под нос бормочет Арс, направляясь в дом.

— Дым, ты идешь, братишка? — бьет меня по плечу Мик.

— Идите, я покурю и приду...

Когда все усаживаются за стол, я осторожно выскальзываю из кухни под предлогом, что нужно позвать Вадима.

Я переживаю. Почему он не зашел вместе со всеми? И вообще, он сегодня какой-то не такой... Задумчивый... отстраненный. А может, может он передумал насчет меня? Ну, нет, конечно, не мог он передумать! Зачем тогда это все было бы начинать? Зачем рисковать собой? Слова эти все... зачем?