Книга Важнее слов, страница 137 – Миа Шеридан

Ехать нам пришлось недолго, и, должна признаться, когда наш лимузин притормозил около отеля, когда швейцар открыл для меня дверь автомобиля и помог выйти, я ощутила себя настоящей декаденткой, прожигающей жизнь.

Мы с Беном проследовали за элегантно одетыми людьми, которые направлялись ко входу в здание, и вступили в огромное фойе, отделанное золотом и мрамором. Над головой у нас висели переливающиеся светом люстры, повсюду были расставлены вазы с цветами невероятных размеров. Конечно же, в них были розы. Весь отель был украшен розами, а как иначе. Я тихо вздохнула, надеясь, что Бен меня не услышит, и заставила себя улыбнуться.

Бен привел нас к лестнице, которая вела в бальную залу, которая была украшена даже еще красивее: длинные столы были устланы белоснежными скатертями, на зеркалах были установлены свечи, которые создавали дополнительный свет, а еще везде виднелись прозрачные вазы, в которых еле умещались розы и плющ, так много зелени в них было. Куда бы я ни посмотрела, везде блестел и переливался мягкий свет, отскакивая от стен. Все пространство залы выглядело словно зачарованным.

— Как прекрасно, – сказала я, вздыхая.

— Так оно и есть, – Бен кивнул головой и указал на бар. – Не хочешь чего-нибудь выпить?

— Пока что с меня хватит воды. Я ничего не ела с самого утра, и я тут же напьюсь, если выпью хотя бы пару бокалов вина перед тем, как поесть, – ответила я, смеясь.

Как только мы раздобыли напитки, то направились к боковой двери, которая вела на широкий балкон. Там уже кучковались несколько людей, но среди них, кажется, не было никого знакомого мне.

Когда мы подошли к краю балкона, Бен указал куда-то вдаль.

— Гляди-ка.

Я повернула голову и заметила Эйфелеву башню, которая как раз начинала зажигаться. Я охнула от радости.

— Этот вид мне никогда не надоест.

Бен улыбнулся и посмотрел на меня, опершись о балюстраду.

— На всем свете нет города прекраснее Парижа.

Я кивнула, подтверждая его слова, не отрывая глаз от знаменитой башни, блиставшей на фоне потемневшего уже неба.

— Ты когда-нибудь думал переехать сюда?

Пока мы работали вместе, я узнала, что Бен жил в Марселе, в городе на юге Франции. Его посоветовали доктору Моро из-за его специальности, но вообще дома его ждала постоянная работа.

Бен задержался на мне взглядом на какое-то время.

— Иногда я подумываю об этом. Но мне нравится жить неподалеку от своей семьи, рядом со своими братьями и сестрами и их детьми. Я бы очень жалел, если бы у меня не было возможности наблюдать за тем, как они подрастают.

— Ты так близок с ними?

— Да, очень.

Я кивнула. Как, должно быть, замечательно, когда у тебя есть такая любящая поддержка.

— Ты везунчик.

Он на секунду задумался.

— Я знаю. Но я не принимаю все это как должное. А что насчет тебя? Твоя семья осталась в Калифорнии?

— Мой отец, его новая жена и мой брат – они да, остались. Но мы с ними не очень-то… близки.

Время от времени я разговаривала со своим братом, но в основном обо всяких не столь уж существенных вещах. Мы оба, когда были детьми, а потом и подростками, старались поменьше времени проводить дома. Так что то, что мы не так уж и много пересекались дома, не особенно хорошо сказалось на наших отношениях.

Иногда, чтобы зажечь любовь, нужно просто оказаться поближе друг к другу.