Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 48 – Алекс Скай

— Принято, — сказала я.

— Вы всё ещё злитесь.

— Конечно.

— Но остались.

— Не путайте решение с прощением.

— Не путаю.

— И ещё.

— Да?

— Если Вадим или кто-то ещё попытается использовать мои финансовые дела как повод сомневаться в моей профессиональности, я отвечу сама.

— Я могу закрыть этот вопрос.

— Я не просила закрывать.

— Арина.

— Кирилл. Вы вчера очень красиво сказали Нине Павловне, что мне не нужно уменьшаться. Так вот: не уменьшайте меня до человека, которого надо прятать за вашей спиной.

Он смотрел на меня долго.

— Хорошо.

— Правда?

— Да. Но если ударят ниже делового уровня, я вмешаюсь.

— После моего визуального согласия?

— Если будет время.

— Прогресс нестабилен, но заметен.

Он почти улыбнулся.

— Дополнительное соглашение подпишем после юридической правки.

— И пункт о скатертях.

— Обязательно.

— И пункт о том, что Валентина Сергеевна не получает обновления каждые два часа.

— Это невозможно гарантировать.

— Тогда хотя бы не вы ей их отправляете.

— Согласен.

Мой телефон завибрировал.

Полина.

Сообщение было коротким:

«У нас уже 11 запросов. И один клиент просит срочно научить генерального не смотреть на людей как на мебель. Ты стала трендом, мать моя бухгалтерия».

Я невольно рассмеялась.

— Что? — спросил Кирилл.

— Кажется, моя катастрофа коммерчески эффективна.

— Запросы?

— Одиннадцать.

— Поздравляю.

— Не спешите. Это не ваша заслуга.

— Конечно.

— Хотя… возможно, частично ваша.

— Запишем в протокол?

— Даже не думайте.

Он всё-таки улыбнулся. Не той редкой мягкой улыбкой у камина, а короткой, рабочей, почти спокойной. Но от неё мне почему-то стало легче.

До обеда мы работали.

И это было самым странным: после публичного «невеста», совета директоров, Вадима и разговора о долгах мы вернулись к спискам встреч, формулировкам для партнёров и тренировке коротких ответов на неудобные вопросы.

— Если журналист спросит, действительно ли мы помолвлены? — спросил Кирилл.

— Вы не отвечаете на личные вопросы.

— Если партнёр спросит за закрытым столом?

— «Арина сопровождает подготовку переговорного блока. Всё остальное не влияет на качество сделки».

— Сухо.

— Зато безопасно.

— Если моя мать спросит?

— «Мама, не сегодня».

— Она не остановится.

— «Мама, Арина сама решит, что о себе говорить».

Он посмотрел на меня.

— Хорошо.

— Вам понравилось?

— Это уважительно.

— Вот видите, вы начинаете понимать красоту протокола.

— Не увлекайтесь.

— Поздно.

К двум часам я вышла из его кабинета с папкой, договором на согласовании и ощущением, что день уже прожил за меня целую неделю.

В приёмной Лика вручила мне стакан кофе.

— Безопасная зона, — сказала она. — Кирилл Аркадьевич на звонке. У вас семь минут.

— Семь минут свободы?

— Шесть сорок пять. Я оптимизировала.

Я села у стойки и сделала глоток.

— Лика, вы прекрасны.

— Да, но осторожно. При свидетелях я официально просто эффективна.

— Слухи сильные?

— Офисные? Да. Версия номер один: вы тайно встречались ещё до контракта. Версия номер два: вы спасли Кирилла Аркадьевича от брака по расчёту с Марией Баженовой. Версия номер три: вы психолог, которого замаскировали под консультанта.

— Третья почти лестная.

— Ещё есть версия, что вы выиграли спор у Кирилла Аркадьевича, и он решил жениться, чтобы не проигрывать повторно.

Я подавилась кофе.