Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 105 – Алекс Скай

Вторая от Полины.

Третья уже сама всплыла в ленте.

Заголовки были осторожные. Почти приличные. Но комментарии под ними — нет.

«Консультантка Гранта сама построила образ невесты?»

«Источники: Арина Платонова могла использовать скандал для продвижения своего агентства».

«От делового протокола к личной стратегии: кто выиграл от слухов о романе с миллиардером?»

А дальше пошло хуже.

Не в заголовках. Там люди хотя бы боялись юристов.

В комментариях.

«Ну понятно, пышка решила красиво устроиться».

«Такие всегда самые деловые, пока богатый мужик не нарисуется».

«Охотилась за женихом, получила скандал».

«Протокол соблазнения, новая услуга?»

«Сначала корону снимала, потом примерила фату».

Я читала и чувствовала, как лицо становится холодным.

Не горячим, как от стыда.

Холодным.

Так бывает, когда чужие слова попадают не в тебя сегодняшнюю, взрослую и язвительную, а куда-то глубже. В девочку, которой говорили «с таким лицом тебе бы чуть-чуть измениться». В молодую женщину, которую просили смеяться тише. В специалистку, которую принимали за украшение тренинга, пока она не начинала говорить так, что мужчины в первых рядах переставали улыбаться.

Полина в трубке молчала.

— Ты здесь? — спросила она.

— Да.

— Не читай дальше.

— Поздно.

— Арина.

— Мне нужно знать.

— Нет. Тебе нужно помнить, что это не люди, которые знают тебя.

— Знаю.

— Они видят заголовок, тело, богатого мужчину и складывают из этого грязную арифметику.

Я закрыла глаза.

— Он запустил именно это.

— Да.

— Не фонд. Не договор. Не профессиональные границы. А «охотилась за богатым женихом».

— Потому что это самый дешёвый удар.

— Зато работает.

— На ком?

Я открыла глаза.

— Что?

— На ком работает? На людях, которые и так ищут, куда слить собственную злость? На тех, кто боится женщин, не помещающихся в их рамку? Арина, это мерзко. Но это не правда.

Телефон завибрировал.

Кирилл.

На этот раз я ответила.

— Вы видели? — спросил он без приветствия.

Голос был опасно спокойным.

— Доброе утро, Кирилл.

Пауза.

— Доброе утро, Арина. Вы видели?

— Да.

— Я сейчас отправлю вам машину.

— Нет.

— Арина.

— Кирилл.

Он замолчал.

Я услышала, как он вдохнул.

— Хорошо. Не отправлю без вашего согласия.

— Прогресс даже в скандале.

— Я стараюсь.

— С трудом?

— Сейчас — с огромным.

Я почти улыбнулась.

Почти.

— Я приеду сама.

— В офис?

— Да.

— Не читайте больше комментарии.

— Поздно.

Его голос стал ниже.

— Я уберу это.

— Нет.

— Арина, это уже не деловая атака. Это травля.

— Я знаю.

— Значит, действуем жёстко.

— Нет.

— Они унижают вас.

— Да.

— Вашу работу.

— Да.

— Ваше тело.

Слово повисло между нами.

Он произнёс его не осторожно, не стыдливо, не так, будто это запретная зона. Просто факт. И почему-то именно от этого у меня перехватило горло.

— Да, — сказала я.

— Я не позволю.

— Кирилл, вы не можете запретить миру быть мерзким.

— Могу усложнить ему процесс.

— Силой связей? Юристами? Звонками владельцам каналов? Личными разговорами с людьми, которые внезапно вспомнят о приличии после вашего голоса?

— Да.

— И что тогда напишут? Что Грант давит на всех из-за женщины, которую якобы нанял играть роль? Что я спряталась за его спиной? Что пышка не выдержала комментариев и позвала богатого защитника?

На том конце стало тихо.

— Я хочу защитить вас, — сказал он.