Книга Подарок для Градова, страница 89 – Татьяна Любимая

Градова чувствую интуитивно. Или это музыка стала тише и гости понизили голоса, а потом и вовсе замолчали, чем привлекли мое внимание. Все устремили взоры на мужчину, что только что вошел в зал с улицы, поймал взглядом новобрачных, двинулся в их сторону. В руках огромный букет нежных лилий. Сам в белой рубашке, облепившей накачанный торс, темно — синих брюках. Высокий, широкоплечий, сильный. Красивый как секс — символ голливудской киноиндустрии.

И да, не зря девчонки его Дуэйном прозвали. Похож.

Сердце радостно трепыхается, пока Павел Великолепный идет к Полежаевым. Смотрит только на них, улыбается обворожительно.

А весь зал смотрит на него и женская половина захлебывается слюнями, мужчины кидают ревнивые взгляды на своих спутниц. Ксюша хватает с подноса официанта новый бокал вина, пьет большими глотками.

Диджей не теряется и врубает на всю катушку «О боже, какой мужчина», гости одобрительно посмеиваются и перешептываются. Катя смущается, Глеб снисходительно улыбается, наблюдая за эффектным появлением Пашки.

Павел подходит к молодым, вручает букет Катюше, целует ее в щеку, касаясь пальцами талии, что — то ей говорит приятное, отчего щеки ее начинают румяниться сильнее. Жмет руку Глебу. Долго так, сильно. Глеб жмет в ответ — соревнуется и, вижу по лицу, ревнует жену к Градову.

Расцепляют руки, Паша хлопает Глеба по спине, тот притягивает к себе за талию Катю. Собственник.

«…Я хочу от тебя сына. И дочку. И точка» — не успокаивается певица.

Я тоже была не прочь родить от него сына и дочку!

Но…

Всю эту неделю я надеялась, что я ошиблась в днях. С замиранием сердца поглядывала на календарь, высчитывала цикл, но критические дни начались сегодня утром. Я расстроилась, потому что позволила себе помечтать о маленьком. От человека с прекрасной генетикой. Увы, не в этот раз.

Мужчины продолжают общаться, я ловлю себя на том, что неприлично долго пялюсь в сторону молодоженов, а Костя заскучал.

— Кость, пойдем танцевать? — зову мальчишку в танцевальную зону. Леша как раз подал знак, что закончил с нами. Появились другие желающие сфотографироваться под аркой.

— Пойдем, — берет меня за руку мальчик и с самым серьезным видом ведет на танец. Кавалер.

Танцуем с Костей, прыгая и размахивая руками, хохочем, дурачимся. Медляк начинается. Мы и на медляке сейчас зажжем с моим кавалером.

— Кхм, — раздается над ухом.

Сердце подскочило к горлу, а потом ухнуло вниз. В легкие ворвался знакомый запах парфюма, вызвав головокружение.

Разворачиваюсь. Медленно скольжу взглядом снизу вверх, пока не сталкиваюсь с синими — синими глазами с моим отражением в них. Обаятельная улыбка от уха до уха обнажает ровный ряд белоснежных зубов, но лицо мужчины уставшее, словно всю эту неделю Павел мучился бессонницей. Вблизи особенно заметно.

— Привет…

— Здравствуй…

— Потанцуем?

— Э — э… — опускаю взгляд вниз, на Костю. — Я уже… занята… Знакомьтесь: Костя — младший Полежаев, а это дядя Паша.

— Это Гадов? — с очень серьезным видом спрашивает у меня Костик и бросает неприязненный взгляд на дядю — великана рядом со мной. Вот сейчас вылитый Глебка и такой же ревнивый!

— Ага, — сжимаю губы, сдерживая смешок, кидаю быстрый взгляд на Гадова — Градова. У того глаза на лоб полезли из — за реакции на него ребенка.