Книга Подарок для Градова, страница 26 – Татьяна Любимая

Мы наконец — то остаемся одни.

— Я вас слушаю, Павел Юрьевич.

Надо же, с холодком и официально. А в переписке никакой субординации не наблюдалось. Что такое? Лицо главреда пытаемся сохранить, репутация на кону?

Мельком оглядываю кабинет на предмет видеокамер. Чисто.

Перевожу взгляд на Киру. Снежная королева. И интонацией, и взглядом остужает льдом мой жар в паху. Это даже хорошо, иначе разложу эту строгую девицу на ее столе без прелюдии и с радостью выбью всю спесь и гордость.

— Это я вас слушаю, Кира Олеговна, — расслабленно откидываюсь назад, на спинку дивана. Всматриваюсь в это прекрасное личико и ищу следы лишнего десятка лет. Нет их. Паспорт врет. — Я к вам со всей душой — на рекламу почти уговорился, вас на обед приглашаю, на ужин, даже на завтрак, а вы отказываетесь. Вот, жду объяснений.

— Я вам объяснять ничего не должна!

Речь четкая, деловая, замедленная. Кира явно тянет время. Совсем не похожа на ту развратницу, что драла мне спину ноготками в моем ресторане. Но даже в этом образе я ее хочу — не могу.

— По рекламе, — сухо продолжает хозяйка моего чле… сердца, — за вами закреплен агент, Анна Литвинова, вы ее видели. С ней обсуждайте все вопросы, я только согласовываю место. Личное, извините, с клиентом не обсуждаю.

— А я клиент, значит? — психую на дурацкое определение. — И в субботу я тоже был клиентом?

— Вам же нужна реклама, — всплескивает руками, говоря очевидные вещи, при этом упорно игнорируя «субботу», — то есть вашему ресторану, значит, вы клиент.

— Мне не нужна реклама. И ресторану тоже.

— Тогда зачем вы пришли? — Вертинская натурально округляет темно — зеленые глазки.

Неужели не понимаешь, кошка? Приворожила ты меня! Работает твое чертово зелье! Эдика своего, велосипедика, тоже также завоевала? Пополняешь ряды поклонников?

— Кира, что тебе нужно было в моем кабинете?

Меняю интонацию. Игры надоели. Можно же просто поговорить? Как взрослые люди?

Вопрос застает Киру врасплох, но она быстро берет себя в руки.

— Ничего. Глупая выходка. Извини… те.

Прямо смотрит и вроде даже не врет.

— Ла — адно, — протягиваю слоги, поднимаясь с дивана. Пора менять тактику.

Иду на выход.

Кира тоже встает. В брюках она черных, облегающих, с намеком на кожу. Ножки — офигенно красивые. Сама вся такая изящная, сексуальная. Волосы зазывно блестят, на кулак просятся. А — а–а! Хрен я от Вертинской откажусь.

Кошка идет за мной следом, наверняка радуясь, что я типа ухожу. А это всего лишь уловка, чтобы выманить снегурочку из ледяного домика.

Дохожу до двери. Какое счастье, что она запирается изнутри. На раз — два прокручиваю замок, и в этот момент Кира врезается в меня сзади и возмущенно шипит:

— Вы что делаете? Откройте немедленно!

— Кошка… — разворачиваюсь. — Извинения я принимаю по — другому.

Лицо то горит адским пламенем, то наоборот леденеет. По спине носятся бешеные мурашки, зато внизу живота температура стремительно повышается. Внутренние мышцы вдруг вспомнили этого мужчину внутри меня и резко захотели повторения. Здесь и сейчас. Предатели. Непроизвольно сжимаю колени, благо, их не видно из — за мебели.

Усилием воли бужу в себе стерву. Надо просто избавиться от Градова сейчас и навсегда. Как? Пока не знаю. Буду подстраиваться под ситуацию.