Книга Ангел для жестокого, страница 32 – Кира Лафф, Анастасия Сова

Нет. Не ошиблась.

— Нравится тебе, сучка?! Нравится?! — рычит Вася. Мой Вася!

В ответ женский голос лишь громче стонет.

Мир взрывается на осколки.

Сердце бешено стрекочет в горле. Воздух забивается в груди и становится горячим. Сжигает меня изнутри. В голове слышу свой собственный пульс, как он долбит там пульсацией крови.

Застываю на пороге Васиной комнаты.

Увиденное парализует. Замираю, но меня неистово колотит изнутри.

Сглатываю с трудом.

Даже моего никакого опыта хватает, чтобы понять, что тут происходит.

Часто моргаю, потому что все еще кажется, это видение может исчезнуть.

Но оно остается. Вася и Машка полностью голые. Они стоят в неприличной позе на кровати и…

Господи, я даже описать это не могу! В голове произнести.

Думаю только об одном: а как же я? А как же наши чувства? Любовь?

Любовники даже не замечают меня, потому что повернуты спиной и очень увлечены порочным действом.

Отчаяние душит сильнее. А ведь я берегла себя для него… Для Васи… Думала, он понимает все и принимает меня такой, как есть. А он залез на Машку, как похотливая скотина. Получается, и не искал меня? Не испугался, что я исчезла?

Не знаю, как это получается, но я вдруг выдаю себя:

— Вась… — пищу голосом, пропитанным слезами.

Мой парень резко оборачивается, и я вижу, как расширяются его карие глаза.

Бросаюсь в сторону выхода из дома. Бегу со всех ног, точно за мной увязалась свора бешеных собак. Размазываю по щекам слезы.

— Вера! — кричит Вася мне вслед. Он еще что-то говорит Машке, но я уже не слышу. Я вообще ничего больше не слышу, кроме шума в голове. Сильного такого шума.

— Вера! — Вася нагоняет меня на улице, дергает на себя. Вынуждает повернуться.

— Отстань! Отпусти меня! — кричу, захлебываясь слезами. Стараюсь вырваться из его захвата. Но он вдруг сам меня отпускает.

Смотрит на меня какое-то время. Часто и тяжело дышит. Как и я. Хорошо, хоть трусы натянуть успел.

Не знаю, почему не продолжаю побег. Наверное, мне нужно получить какое-то внятное объяснение. Или всего лишь хочется проснуться.

— Ладно! — выпаливает парень, сплевывая на землю возле себя. — Стоило давно рассказать тебе, как все устроено. Ты ведь ни черта не понимаешь! Думаешь, кому-то нужна твоя целка?! Да вот и хрен!

Только сейчас замечаю, что Вася, кажется, сильно пьян. Но это не меняет дела. Пусть говорит, ведь, что у трезвого в голове — у пьяного на языке. Может, хоть сейчас я узнаю, что для него наши отношения.

— Никому не нужны девственницы! Никому, ясно?! Ты меня со своими устоями задолбала! Вот тут сидишь! — демонстративно сдавливает себе горло.

— Что ты такое говоришь?! Я была честной. Чистой. Я хранила себя для тебя одного! Для тебя, понимаешь?

— Всем мужикам хочется трахаться, Вера! Сейчас. Слышишь?! А не ждать, пока ты соизволишь раздвинуть свои ноги. На что ты вообще надеялась? Ты дура, если думаешь, что можно удержать мужика этой своей девственностью. А, может, ты вообще просто фригидная, и дело вовсе не в правилах твоей семьи?

Кажется, мой парень наслаждается тем, что говорит мне все это, что оскорбляет и втаптывает в грязь.

Рука сама замахивается и ложится ему на щеку. Я бью сильно. Наотмашь. Гнев и обида слишком сильны.

— А я еще переживала из-за такой скотины как ты! Да… — хочу сказать еще что-то грубое, проклясть Васю на чем стоит свет, но во время вспоминаю, что это грех.