Книга Девочка из глубинки Том 2, страница 49 – Слава Доронина

— Знаю. Эти девушки становятся женами, а не любовницами женатиков, — меня трясет так сильно, что едва сдерживаю дрожь. — Мне пары недель хватило, чтобы почувствовать к тебе симпатию и влечение, одного дня — чтобы навсегда разочароваться. А тут полгода прошло и ко мне прекрасное отношение, как видишь. Так что ты, твой букет и все провокационные заявления насчет Мая не по существу. А твое появление — лишнее.

Хочу еще добавить катись к черту, но вспоминаю о недавно протянутой руке помощи.

Сколар хмурится, пробегается по мне взглядом и снова останавливается на животе.

— Как же планы на институт, получить профессию, Мишель? — игнорируя мою пылкую тираду, он обезоруживает вопросом и бьет в самую слабую точку. Потому что это больная тема. Я потеряла целый год!

Ненавижу тебя, Сколар. Как же все-таки ненавижу...

— А что изменилось? — пытаюсь сохранять остатки невозмутимости. — Все так же зубрю учебники, чтобы поступить на будущий год, работаю. А на этот внесла коррективы в виде ребенка и замужества. Это куда лучше, чем крутить роман с женатым мужчиной, согласись. Ты тоже можешь внести приятные перемены в свою жизнь. Попроси жену родить тебе ребенка.

Демьян усмехается.

Наша встреча становится болезненнее с каждой секундой. Слишком много прошлого, которое не успело остыть. И эти искры внутри... если им был нужен огонь, то вот он стоит напротив.

— Отойди, — требую я. — Хочу вернуться к мужу.

Сколар выглядит разочарованным. Его молчание жалит сильнее, чем все, что он сказал.

— Ну что ж, к мужу значит к мужу, — наконец произносит. — Будь счастлива, Мишель, — говорит он. И его взгляд становится холодным, безжизненным, как у рептилии.

Он отступает. А я, так торопившаяся сбежать от него, теперь наблюдаю за переменами в его поведении не в силах пошевелиться. То требовал ответов, то жонглировал фактами, и вдруг просто будь счастлива?

Демьян разворачивается и уходит первым. А я смотрю ему вслед и испытываю горькое разочарование, пустоту и боль, которая однажды уже меня сломала. Только теперь будто помноженная на два.

Среди ночных откатов первого месяца беременности я столько раз возвращалась мысленно в тот день, когда пришла за вещами и застала Сколара в квартире. Надо было не уходить, реветь, кричать, бить его в грудь. Делать что угодно, только не уезжать с Маем, не проживать ту бурю внутри в одиночку. Она вылилась затем в непойми что.

Но правда в том, что в тот день Сколару было плевать на меня, на мою боль, на мои чувства. Как и сейчас.

Идея вернуться в зал кажется идиотской. Мне нужна эмоциональная подпитка, тепло Мая, привычная безопасность. И жизненно необходимо забыть о появлении Сколара и его словах.

Просто отвратительное окончание вечера.

Я поднимаюсь на лифте в номер, ловлю свое отражение в стекле и впервые за день вижу не невесту, а вымотанную девочку, которая почему-то решила, что любовь другого мужчины спасет ее.

Прикладываю карту к двери, захожу в просторную прихожую. Открываю рот, чтобы позвать Мая, но замолкаю, потому что слышу, что он с кем-то говорит по телефону.

Замерев, прислушиваюсь, потому что Леша произносит мое имя, и кажется, говорит по громкой связи.

— Да все отлично прошло, Дим. Мишель довольна, сияет. Да и много ли ей надо, — смеется он. — Я, конечно, охренел сначала. Ну какой ребенок, серьезно. У меня должность, планы, график забит. Она сама еще девчонка. А потом подумал. Из всех этих женщин, которые только и смотрят, что у тебя в кошельке, моя будет без завышенных ожиданий и ценить то, что дают. И любовь... Да кому она сейчас на хуй нужна. Я вон Абрамову любил, и где эта тварюшка? В общем, заебись все в поездке сложилось. Девочка чистая, здоровая, без заморочек, я у нее первый. Под себя сейчас за пару лет воспитаю.