Книга Непорочная, страница 110 – Слава Доронина

Нет, во мне не тысяча чертей, их больше. И все жаждут расправы над этими твердолобыми мужланами с камнями вместо сердец.

— Если Леон с тобой спит и пытается отвести от тебя угрозу, это не означает, что так будет всегда. У всякого терпения есть предел. И у моего тоже. Вчера ты поступила крайне глупо. Заставила усомниться в твоих умственных способностях. Неужели так сложно просто сидеть и ждать?

— Ждать чего? Знаешь ли, я живой человек, у которого есть эмоции. Если вы привыкли разруливать подобные дела, сажать людей, ломать их жизни, а может, даже убивать, то я нет! К тому же это мой отец, да и с Леоном мы больше не спим. Он дорогу сюда забыл. Сколько дней прошло после его отъезда? Или недель? Ой, месяцев?..

— Лет, блядь! — злится Ярошевич. — Прояви благоразумие. И хватит меня провоцировать. Дамианис решает накопившиеся вопросы, для этого необходимо время. А я, вместо того чтобы ему помогать, сижу здесь и сторожу тебя.

— Видимо, вопросов очень много, да? — ерничаю я.

Дан опять шумно вздыхает, оглядывается, словно в поисках, что бы еще разбить. Не найдя ничего, он просто уходит. Слышно, как отдает распоряжение Зифе, чтобы прибралась и присмотрела за мной.

Вот и поговорили. И так каждый раз. Такими темпами скоро до поножовщины дойдет. Мы оба заведены и недовольны друг другом.

Я ведь и впрямь о многом не прошу — всего лишь поговорить с отцом. Даже смирилась, что не смогу сбежать. А еще втайне тешу себя надеждой, что все так затянулось и Леон не кажет носа на остров, потому что помогает моему отцу выйти из этой передряги с минимальными потерями. Ради меня.

Да, я влюбилась. А влюбленные отказываются верить в плохое. Но нервы уже сдают.

Вчера на яхте испугалась ужасно. Еще и Дан орал как сумасшедший. На мои оправдания, что это произошло случайно, он не реагировал. В гневе отослал Леону видео, как я кашляю, наглотавшись воды, и в красках рассказал о случившемся. Вспоминаю сейчас, и стыдно.

Чем дольше я нахожусь на острове под присмотром человека из команды Леона, тем сильнее хочется верить, что это все действительно не просто так. Дамианис ведь умный и расчетливый, у него наверняка есть план. А еще — чувства ко мне.

Но как же тяжело дается ожидание! И знать бы, чего жду. Я хочу доверять Леону, но боюсь в итоге получить еще один урок на всю жизнь. Их и без того хватает.

Ближе к вечеру решаюсь на откровенный разговор с Ярошевичем. А что еще делать? Как-то достучаться до него необходимо. Остается поплакать, надавить на слабое место. Но не так прямолинейно, как я это сделала вчера. Чуть мягче, через жалость. Ощущаю себя капризным ребенком, у которого отняли все игрушки и самого, бедолагу, закрыли в наказание в пустой комнате. Радоваться красивому небу над головой и бескрайним просторам океана больше не выходит.

Прихватив с кухни любимый десерт Дана, переступаю порог кабинета и располагаюсь в кресле рядом, а не напротив. Можно было бы попробовать зайти с алкоголем: Ярошевич любит расслабиться хорошим виски. Хотя в последние несколько дней очень жарко, пить в такую погоду он не станет. Следит за здоровьем в отличие от некоторых.

— Зифа испекла пирог, который тебе понравился, и попросила принести к чаю.

Дан отрывается от бумаг и окидывает меня быстрым взглядом.