Книга Наследник на его условиях. Книга 2, страница 46 – Слава Доронина

— Ты плохо стараешься!

Он сокращает между нами дистанцию и слегка наклоняет голову, будто опять собирается поцеловать. Я дергаюсь, но вовремя вспоминаю, что стою у края бассейна. Одно неловкое движение — и окажусь в воде. Чего я, естественно, не хочу.

Мы с Зеном смотрим друг на друга. Синхронно делаем вдох-выдох. В ноздри проникает приятное, с кофейными нотками дыхание Дамианиса.

— А если я откажусь?

Стоит огромных усилий выдержать эту переглядку.

— На твоем месте я бы хорошо подумал, прежде чем это делать. В моей жизни не самые спокойные времена, так ты получишь хоть какие-то гарантии и защиту. К тому же деловые люди сначала читают документы, которые им предлагают подписать, и уже потом принимают решение.

Даже время на это тратить не хочу, но увидеть реакцию Ванессы — бесценно!

— Хорошо. Давай прочтем твои документы.

К концу изучения документов легкое волнение, с которым я начинала их читать, перерастает в самый настоящий мандраж. Всего каких-то четыре листа, но, если подпишу их, моя жизнь полностью изменится! В принципе, она уже и так изменилась.

Зябко передергиваю плечами и отсаживаюсь от ноутбука. На улице солнце и тепло, а меня трясет, будто оказалась на морозе. Эта реакция не остается без внимания Дамианиса — его лоб хмурится, глаза впиваются в мое лицо.

Расчетливая похотливая сволочь! Все предусмотрел! Даже собственную смерть. Странно, что про мою не написал.

— Мне нужна пара часов, чтобы все доделать, и сможешь прочитать окончательный вариант, — будто подслушав мысли, говорит Ванесса.

Хочу сказать, что вполне достаточно уже прочитанного, но не могу подобрать цензурные слова — на языке одни ругательства вертятся, меня переполняет возмущением.

— Здесь ничего нет о том, что это формальность, ни одного слова. — Все же совладав с собой и пропустив мимо ушей реплику Ванессы, осаживаю Дамианиса взглядом.

— Формальность? — изумляется Ванесса. — Ты об этом не говорил…

— Делай свое дело, — жестко обрывает ее Зен.

Даже мне становится не по себе от его интонаций.

Никак не пойму, есть ли между Зеном и его юристом связь. Иногда я думаю, что Ванесса точно его любовница, но в такие моменты, как этот, понимаю, что ничего, кроме общего дела, их не связывает. Какая женщина будет терпеть подобное отношение к себе?

— В брачном договоре слишком много пунктов. Прописано все, вплоть до того, какие мероприятия я могу посещать, а какие нет. А еще стоит запрет на вылет в Россию. Мне это не подходит. Я собиралась поехать к подруге в Москву.

— Без проблем. Ванесса, добавь пункт, что вылет в Россию возможен, но только вместе со мной, — говорит Зен, не сводя с меня взгляда.

— Я не подпишу! — цежу сквозь зубы, чувствуя, как опять захлестывает эмоциями от мысли, что Дамианис обсуждал нашу «семейную» жизнь со своей помощницей, а та теперь с его слов составляет брачный договор.

Понятно, что доверие ко мне у Зена на нуле, но почему я должна терпеть унижения? Такого честного и порядочного человека, как я, еще поискать! Я бы ни за что не стала претендовать на активы Дамианисов. Ни тогда, ни тем более сейчас. Все, в чем Зен меня обвинял, — клевета и ложь!

— Ты вроде умный человек, — пытаюсь еще раз, но уже спокойнее. — Неужели думаешь, что я это подпишу и буду следовать каждому пункту? Может, мне копию договора носить с собой, каждый раз сверяясь, все ли я делаю так? И странно, что там про беременность ничего не сказано. В случае ее наступления обязательно бежать на аборт или как? — не могу не ерничать.