Книга Наследник на его условиях. Книга 2, страница 20 – Слава Доронина

— Снова деньги принес? Еще не устали втаптывать меня в грязь? Ничего, что у меня маленький ребенок и я не знаю, кто его отец? А все из-за кого? Из-за вашей любимицы Киры! Она понесла за это наказание? За что вы так со мной? Чем я заслужила? — накидываюсь на Леона.

— Не переживай, — отвечает он невозмутимо. — Вскоре после родов Кира умерла. Ребенок тоже. Это достаточное возмездие за ее грехи?

Слова Леона поражают в самое сердце. Нет, я злилась на дочку Дамианиса, кляла ее на чем свет стоит за все, что она сделала, но смерти Кире я не желала! Ни ей, ни ее ребенку!

— Это ужасно… — Прерывисто вздыхаю, не в силах осознать новость.

От мысли, что я могла бы так же потерять свое сокровище, боль электрическими импульсами разлетается по всему телу.

— Если тебе необходима компенсация, она будет. А пришел я сказать, чтобы ты собирала вещи и летела домой. С Ларссоном нужно оборвать все связи. Мы со своей стороны подчистим, будто ты вообще с ним никогда не работала и даже не была знакома.

— Что?.. Зачем?..

— Просто. Собирай. Вещи. И. Уезжай.

Во взгляде Леона такая угроза, что на спине от страха выступает пот и футболка начинает липнуть к телу.

— Зен прислал тебя сказать, чтобы я улетала?

— Я сейчас дружеский совет даю, — игнорирует Леон мой вопрос. — И готов оплатить все затраты и потери. Другого случая принять помощь не будет.

— Твой брат попросил сказать мне эти ужасные вещи? — повышаю голос, который звенит от злости.

Леон делает шаг, приближаясь. Выглядит он еще более устрашающе, чем в первые мгновения нашей встречи.

— Что непонятного я сказал?

— В том-то и дело, что ничего понятного! — сокрушенно качаю головой.

Эмиль, кажется, тоже не в восторге от грозного вида Леона, он копошится и хнычет. Младший Дамианис опускает на него глаза, слегка прищуривается, разглядывая моего сына.

— Он здоров?

Странный вопрос.

— Абсолютно.

— На тебя похож…

— Я хочу получить ответы! — обрываю Леона и убавляю гонор, меняя тактику, раз бойкие заявления не берутся в расчет. — Или хотя бы извинения, а не приказы и подобное неуважение. Моя жизнь только стала налаживаться. Я нашла отличную работу, много усилий приложила для этого, а сейчас все опять с нуля?

— Тебе есть с кем оставить ребенка? — вдруг спрашивает он.

Растерянно киваю.

— В таком случае оставь сына с этим человеком. Мы немного прогуляемся и поговорим.

— Зен тоже будет?

— Это с его подачи тебя отстранили от работы в прошлый раз. И в этот тоже, — дает Леон понять, что беседа состоится без участия старшего Дамианиса.

— Он знает, что я родила, и так жестоко поступает… — прихожу в шок от услышанного.

— В твоем представлении, жестоко. А в его — нет. Иди, — кивает Леон на дверь. — У меня самолет через два часа, машина уже ждет. Уделить смогу пятнадцать минут.

Я чувствую себя растоптанной и униженной. Думала получить ответы, а в итоге оказалась втянута в новую интригу. Что-то нечисто в этой истории! И я хочу понять что.

Возвращаюсь в номер, отдаю Эмиля няне и выхожу обратно в коридор. Ника, как и несколько минут назад, пытается удержать меня от опрометчивого, по ее заверениям, шага. Глушу в себе возмущение. У нее и впрямь слишком неадекватная реакция на происходящее. Я обещаю себе вытрясти из Ники признания, как только закончу с Леоном.