Книга Хозяин пустыни, страница 26 – Слава Доронина

— Нет, — отвечаю я. — Вы — особенный случай.

Ясин коротко усмехается.

— Ты приехала за историей, — говорит он, поднимаясь. — Ты не получишь. Только не ту, которую придумала в своей голове. И если повезет вернуться в свою Москву, будешь перебирать в воспоминаниях каждую минуту здесь и понимать, что не надо было сюда соваться вообще. Не знаю, сколько денег тебе обещали, но оно того не стоило, Валерия. В твоем случае. А в моем…

Он берет мою руку. Я не успеваю отдернуть. Он переворачивает мою ладонь вверх, смотрит на линию жизни. Затем ведет по ней. Очень красноречиво. Типа, теперь моя жизнь в его руках?

Испугаться бы, но… Страх отчего-то отступает.

— Завтра в восемь утра, — напоминает он. — Выезжаем, как буря стихнет. Каиль проводит тебя.

Ясин отпускает мою руку и зовет Каиля. Тот отводит меня в мой шатер, хотя я сама бы прекрасно дошла.

Марк уже внутри. Сидит на кровати. Рядом с моим букетом.

— Ну? — спрашивает тихо. — И откуда это?

— Оттуда. Ясин здесь.

Его брови взлетают вверх.

— Серьезно?

— Да. И… завтра я уезжаю с ним, — говорю я, игнорируя смотреть на Гринсбурга. Хотя следовало промолчать и сказать ему об этом уже утром.

— Не понял, — Марк поднимается, хватая меня за локоть.

— Что непонятного? Он все знает про нас. Про Наумова. И даже не скрывает, что знает о его местонахождении.

— Ты… Лера, ты дура?

Выдергиваю свою руку.

— Умом явно иногда не блещу, ты часто об этом говоришь, — ощетиниваюсь я.

— На хрена? — он почти кричит. — На хрена тебе это, Лера? Там нет никакой истории. Там есть мужик, который хочет тебя поиметь. И все. И чем это все закончится — неизвестно.

— Нас двоих не отпустят, не дадут выехать, потому что я уже была в лагере и что-то знаю. А ты явно не во вкусе сиди Ясина. Твои предложения, как нам поступить? Времени, — поднимаю руку и смотрю на часы, — от силы восемь часов. Утром за мной придет его человек.

Марк смотрит на меня. Открывает и закрывает рот, видимо, ему сложно подобрать слова. Даже матерные.

— Ты ненормальная, — наконец бормочет он.

— Да, что повелась на предложение Наумова. Хорошие деньги, плевое дело, загадки же ты любишь, Валерия? Подставу он организовал. И, полагаю, обращался в Интерпол и вообще задействовал по поиску многих людей, и как только мы пересекли границу, о наших именах уже знали. И если на то пошло, речи о том, чтобы тебя оставить, у Ясина не шло. Видимо, из-за того поцелуя конкуренты этому арабу не нужны. Подстелил ты соломки, Марк. Но не мне.

Гринсбург все так же стоит на месте и выглядит ошеломленным. Смотрит то на меня, то на букет. Запускает пятерню в волосы. После идет к своему дивану, берет телефон.

— Сейчас я ему позвоню. Это какое-то недоразумение, Лера.

— Да, — киваю я. — Учитывая, что мы оба по жизни одиночки и ты в списке для поездки не значишься, а вызвался добровольцем — и он не стал говорить нет… Ему и на тебя наплевать.

На самом деле сомнения и до этого возникали, но все как-то выглядело иначе. Ну и я по-настоящему с опасностями никогда до этой минуты не сталкивалась. Даже сейчас они таковыми не кажутся…

Наумов не доступен. Марк пишет ему сообщения, просит срочно перезвонить. Но в ответ снова тишина. Разница во времени с Москвой не существенна. И на случай внештатных ситуаций заготовка была одна. Мы с Гринсбургом пара. Приехали отдыхать. А других указаний не было, потому что Игорю на нас и впрямь было наплевать. А может, я тут и вовсе в обмен на его брата? Уже не знаю, что и думать, честное слово…