Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 489 – Рика Лав

Судья нахмурилась, просматривая что-то, потом посмотрела на Михаила:

— Сторона ответчика возражает против данного ходатайства?

Михаил поднялся. Помолчал, но все же решил не выступать сейчас, потому что мы оба не понимали, что задумала эта женщина:

— Нет, ваша честь. Сторона ответчика не возражает, это право заявителя.

Судья кивнула, сделала пометку и постучала молотком:

— Ходатайство Костровой Элоизы Дмитриевны об участии в дальнейших судебных заседаниях посредством видеоконференцсвязи удовлетворить. Детали будут согласованы с секретариатом суда. — Она подняла молоток. — Заседание объявляю закрытым. Следующее слушание назначено на понедельник в десять ноль-ноль. Прошу стороны не опаздывать.

Удар молотка, формальности, все встали. Судья удалилась в свой кабинет, и зал начал пустеть. Я подал Асе руку, она вцепилась в нее, поднимаясь. Михаил собирал свои многочисленные документы в папки, когда я наклонился к нему, понизив голос:

— Объясни-ка, чем нам грозит этот их перенос с видеосвязью? Это какой-то подвох?

Он задумался, закрывая папку и складывая в портфель.

— Ничем особенным с точки зрения закона, — друг пожал плечами. — Это их право, и отказать суд не может. Нас спросили для протокола. Просто все заседания дальше будут проходить в формате: мы с вами тут, а она с адвокатом по видео из своего города. Немного неудобно для восприятия, но не более. Другое дело — есть ли подвох в ее отъезде в целом. Так рваться сюда… хотя у нее был реальный шанс начать дело в Питере, тогда бы наши дела объединили, а, надавив, могли обязать нас ехать туда, так как мы ответчики. Но сейчас, Кир, важно другое, — Михалы серьёзно посмотрел на нас, показывая на выход из зала. Мы пошли за ним. — Помнишь, о чём я просил тебя? Наш разговор до заседания?

Я кивнул:

— Помню. Мать Аси.

— Именно. Едьте сейчас, не откладывая, сначала сдайте тест, я скину адрес аккредитованной лаборатории в смс. А сразу после прямиком в СИЗО к Светлане. Я уже связался с нужными людьми там, вас пустят без проблем как близких родственников, у вас будет ровно сорок минут на свидание, назначенное время тоже пришлю. Кир, — он переключился на меня, взгляд стал жёстким, — прошу тебя как профессионала. Надави на неё, но аккуратно, чтобы не спугнуть. Нам надо докопаться до причины той реакции Светланы на упоминание Элоизы. Это ключ ко всему делу, я чувствую это. Зайдите через удочерение Аси, через тайны, вскройте что угодно, но нам позарез нужна хоть какая-то зацепка, которую можно использовать.

Я кивнул, хлопая по плечу адвоката:

— Найду всё, что есть.

— Хорошо, — Михаил вздохнул. — Тогда я сейчас заеду к Громову, попробуем ещё раз зайти с официальной стороны. Когда у человека всё настолько вылизано и чисто снаружи, как у Элоизы, обычно где-то глубоко внутри зарыт свой труп.

Ася вздрогнула рядом от этой фразы, и я провел ладонью по ее спине:

— Спокойно, любимая. Михаил просто… образно так выражается, у него… сленг.

Друг виновато улыбнулся:

— Прошу прощения за мрачные метафоры. Профессиональная деформация. Ладно, мне пора ехать, времени в обрез. Жду от вас результатов и информации к вечеру, хорошо?

Он быстро ушёл, а я помог Асе надеть пальто, застёгивая пуговицы, потому что её пальцы всё ещё мелко тряслись и не слушались. Поправил воротник, выправил наверх волосы. Мимо нас прошла Элоиза, беседуя с Лебедевым, и обрывок их диалога долетел и до моих ушей: