Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 378 – Рика Лав

Я молча прошел мимо него к выходу. На улице всё так же валил снег, укрывая город белым покрывалом, скрывая следы ночного безумия двух недо-алкоголичек. Дэн ждал у машины, скрестив руки. Увидев меня с Асей на руках, он лишь облегченно выдохнул и открыл нам дверь.

— Цела? — напряженно спросил он.

— Пьяна в стельку и заранее полна раскаяния, — ответил, укладывая её на заднее сиденье рядом с Алисой. — Завтра для них будет тяжелое утро, Дэн. Очень тяжелое.

Я сел за руль, глядя на спящую Асю в зеркало. Завтра она станет моей женой. Завтра мы пойдем в опеку. И я клянусь, что это был последний раз, когда я позволил ей бродить пьяной по городу одной. В следующий раз, если захотят с Алисой выпить, будем ходить за ними приклеенными.

С камерами, чтобы их потом стыдить.

У дома Дэн первым выбрался из машины, подхватывая бесчувственную Алиску на руки. Она всхлипнула во сне, обвивая его шею руками. Друг молча кивнул мне через открытую дверь и направился к дому, неся свою жену как драгоценный груз, который сегодня он тоже чуть не потерял.

Я остался сидеть в салоне еще некоторое время, глядя на спящую Асю на заднем сиденье. Она снова свернулась калачиком, прижав коленки к груди, ресницы отбрасывали тени на бледные щеки. Волосы растрепались, рыжие пряди разметались по обивке кресла беспорядочным вихрем. На губах застыла полуулыбка, словно ей снилось что-то приятное.

Моя маленькая колючка.

Моя безрассудная девчонка, которая умудрилась за один вечер напиться до беспамятства, украсть дорожный знак, потеряться в ночном городе и оказаться в чужой постели.

Завтра она станет моей женой.

Эта мысль согрела изнутри, разливаясь по венам теплом, которое вытесняло остатки злости и страха. Я вышел из машины, обошел ее и открыл заднюю дверь. Холодный воздух ворвался к ней внутрь, но Ася даже не шевельнулась, продолжая мирно посапывать. Завтра ей расскажу, что она пьяной храпит во сне.

Наклонился, поднимая ее на руки. Ася сонно застонала, положив голову мне на плечо, и пробормотала что-то невразумительное, где я разобрал только слово «Барсик». Уголки губ дернулись в усмешке. Даже во сне она меня зовет этим дурацким прозвищем, от которого внутри всё переворачивается. Вот бы она и в трезвом виде так меня называла.

Дом встретил меня тишиной и приглушенным светом ночника в прихожей. Дэн, видимо, уже унес Алису наверх в их спальню. Я прошел мимо гостиной, где на полу до сих пор валялись детали конструктора и книжки, не говоря уже про телевизор, мимо кухни с горой немытой посуды, поднялся по лестнице на второй этаж.

Гостевая спальня была в конце коридора. Толкнул дверь плечом, не желая выпускать Асю из рук ни на секунду, и зашел внутрь. Комната была небольшой, но уютной. Широкая кровать с пушистым покрывалом, прикроватные светильники с абажуром, шкаф у стены и дверь в ванную комнату.

Опустил Асю на край кровати, придерживая за плечи, чтобы она не завалилась набок. Скинул свою рубашку. Она тут же попыталась улечься, но я остановил ее, присаживаясь рядом на корточки и начиная расстегивать молнию на ее ботфортах. Кожа оказалась холодной и влажной от снега, застежка поддалась не сразу.

Стянул первый сапог, потом второй, обнажая ступни в тонких капроновых мысах. Ася сонно заворчала, попытавшись высвободиться, но я перехватил ее щиколотки.