Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 32 – Рика Лав

Что со мной не так? Почему я так отреагировала? Это был всего лишь несчастный случай, падение, а я… я его трогала. Лапала! Я хотела его поцеловать. Я чувствовала, как он возбуждён, и мне это нравилось.

Стыд смешался с возбуждением, создавая взрывоопасную смесь внутри меня.

— Мне… мне нужно идти, — Барсов наконец заговорил, и пусть его голос был под контролем, но я слышала напряжение в каждом слоге. — Опоздаю на встречу. Ты… осваивайся. Если что — звони.

Он наконец посмотрел на меня — быстро, искоса, и в его взгляде было столько всего, что я не смогла разобрать.

Потом он развернулся и вышел из подсобки широким, быстрым шагом, почти бегом. Я услышала, как он поднимается по лестнице на второй этаж, как хлопает дверь его спальни.

И да, осталась стоять одна в подсобке, прижавшись спиной к стеллажу, дрожащая, возбуждённая, шокированная своей реакцией.

Что я наделала? Что, твою мать, я только что наделала?

Следующие пятнадцать минут я провела в оцепенении, просто стоя в подсобке и пытаясь прийти в себя, успокоить дыхание, остудить пылающее тело.

Подскочила на месте только тогда, когда услышала шаги на лестнице — быстрые, решительные, звонкий стук подошв о ступени.

Я выглянула из двери, не в силах удержаться.

Он был одет в строгий чёрный костюм, черную рубашку, тёмный галстук, лакированные туфли довершали образ — деловой, представительный, совсем другой человек. Волосы аккуратно уложены, лицо непроницаемое, закрытое от эмоций. Только лёгкий румянец на скулах выдавал, что он не так спокоен, как хочет показаться.

Кир взял ключи от машины с консоли у входа, надел чёрное пальто, и только тогда обернулся в мою сторону.

Наши взгляды встретились на секунду — короткую, но такую длинную. В его глазах была буря.

Я кивнула, прощаясь, не доверяя своему голосу.

Барс открыл дверь и вышел, не сказав ни слова.

Я слушала, как завёлся двигатель дорогой машины, как она уезжала по подъездной дорожке, как ворота закрылись за ней с тихим лязгом. И только тогда я выдохнула, сползая по стене подсобки вниз, обхватывая руками колени.

Что я натворила? Я только начала работать, а уже чуть не поцеловала своего работодателя. Чуть не трахнулась с Киром, таким бесячим и знакомым Кириллом Барсовым, прямо на полу в его подсобке. Что со мной не так?

Но самое страшное было даже не это.

Самое страшное было то, что я хотела этого. Хотела его поцелуя, его прикосновений, его тела. Хотела так сильно, что всё внутри ныло и пульсировало.

И я не знала, что теперь с этим делать.

Я сидела на полу подсобки в огромном пустом доме, сжимая в руке ключи, которые он мне дал, и понимала, что всё изменилось. Что я больше не могу притворяться, что он мне безразличен. Что я ненавижу его. Что я здесь только ради денег.

Потому что это была ложь.

Я провела ладонями по лицу, чувствуя, как они дрожат, и заставила себя встать на ноги.

Хватит. Хватит ныть! Ты здесь работать пришла ради Марики. Работай! Делай своё дело и не думай о нём. Не думай о том, как Барс пах. Как его тело ощущалось под твоим. Как его губы почти коснулись твоих.

Не думай, я сказала!

Я взяла с полки бутылку универсального моющего средства, губки, тряпки, ведро. Наполнила последнее водой в большой раковине, добавила моющее. И начала убирать.

Потому что это было единственное, что я умела делать хорошо. Единственное, что могло отвлечь меня от мыслей о нём.