Книга Прошу спасти, или Барс для Колючки, страница 248 – Рика Лав

Попалась. Знала бы она, как очаровательно выглядит сейчас — вся такая возбужденная, с виноватым выражением лица.

— О том, что ты последние минут пятнадцать пялишься на мои руки так, будто хочешь сделать с ними что-то о-о-очень непристойное, — пояснил с ухмылкой, делая шаг в её сторону. — Или мне показалось?

— Показалось! — слишком быстро ответила она. — Я просто… просто смотрела, как ты готовишь, это же нормально, смотреть, как кто-то готовит, люди это делают постоянно, по телевизору целые передачи есть про…

— Ася, — я сделал ещё шаг, она замолчала на полуслове. — Ты сейчас нервно болтаешь. А ты болтаешь, только когда врёшь или смущаешься. Так что на самом деле?

Она закусила губу, отводя взгляд. Так легко читается. Каждая эмоция отражается на лице.

— Я объясню, что такое фетиш, раз ты притворяешься, что не знаешь, — предложил я, подходя вплотную к столешнице и упираясь руками по обе стороны от нее, нависая сверху. — Это когда что-то конкретное возбуждает тебя сильнее всего остального. Какая-то часть тела, определённое действие, специфическая ситуация. У кого-то это голос партнёра, у кого-то запах, у кого-то прикосновения к какому-то конкретному месту.

Говорил, а сам наблюдал, как расширяются её зрачки, как учащается дыхание.

— А у некоторых людей, — поднял я одну руку и провёл костяшками пальцев по её щеке, — это руки. Им нравится смотреть на руки партнёра, представлять, как эти руки будут их… трогать.

Ася сглотнула, я проследил взглядом за движением её горла.

— Нравится представлять, — я перевёл руку на её шею, обхватил её сзади, большой палец лёг на пульсирующую вену, — как пальцы будут скользить по коже ниже. И ниже. И… ни-и-иже.

Асино дыхание участилось ещё сильнее.

— Нравится думать о том, — я наклонился ближе, шепча на ушко, — как эти руки будут раздвигать ноги. Крепко сжимать бёдра. Оставлять следы пальцев на коже.

— Кир… — прошептала растерянно она. И… — Подожди-подожди, — Ася вдруг встрепенулась, вырываясь из наваждения. — Ты сказал «партнёра». Мы с тобой… мы партнёры?

Серьёзно? Вот это её смутило больше всего? Я рассмеялся, качая головой от изумления и нежности одновременно.

— Даже после того, как ты призналась мне в любви полчаса назад, — протянул я, глядя на неё с улыбкой, — после того, как я сказал, что женюсь на тебе в понедельник, после всего, что было между нами, ты всё ещё сомневаешься в том, какой у нас статус отношений?

— Ну… я просто хотела убедиться, что правильно понимаю, — пробормотала она неуверенно.

— Тогда давай я объясню очень подробно, чтобы у тебя не осталось никаких сомнений, — я убрал руку с её шеи и положил обе ладони ей на бока, сжал. — Мы… партнёры, Ася.

Провёл руками вверх, к талии, проникая под край свитера, и Ася вздрогнула от прикосновения к коже.

— Мы… пара, — я наклонился к её шее, коснулся губами чувствительной кожи под ухом, провёл языком вверх к мочке. — Пара, которая через несколько дней станет ещё более официальной. Официальнее некуда.

Она откинула голову назад, давая мне доступ, и тихо застонала. Такая отзывчивая. Как она будет реагировать, когда я снова дойду до других мест?

— Мы будущие муж и жена, — продолжил, целуя ключицы, стягивая ворот свитера ниже, чтобы добраться до большей площади кожи. — Семья. Причём, после твоего признания, не формальная семья для галочки в документах, а настоящая.