Книга Бывший. Всё всерьёз, страница 3 – Виктория Радецкая

Я зажмуриваюсь и очень хочу оказаться сейчас в Москве просто, чтобы погулять. Без вот этих всяких знакомств с чужими женихами. Но приходится посмотреть в глаза реальности. Папина очередь на операцию практически не движется. А платно обещали сделать сразу же. Плюс лекарства — далеко не все, что нужны, выделяют по рецепту. Короче, зашиваемся мы с мамой. А папе так вообще работать категорически запретили. Смотрю по сторонам. Ага, вот и «табличка». На самом деле, это клочок бумаги А4 с нашкрябанным от руки именем. — Доброе утро, — подхожу я к встречающему. Слава богу, это не Ксенькин женишок. Вот уж совсем бы не повезло. Передо мной стоит мужичок невысокого роста. Во мне сто семьдесят сантиметров, да еще кроссовки на высокой подошве. И он мне чуть выше плеча. Правда, фигура подтянутая. «Жилистая», как говорит мой папа. Волосы чуть вьющиеся, совсем седые. Но лысиной даже не пахнет. Глаза ярко-голубые. Одет в старые, потертые джинсы и линялую футболку. — Ксения? — спрашивает. Киваю. — Меня зовут Михалыч, — представляется он. — Пошли, малявка. Последнее слово плохо вяжется, учитывая нашу разницу в росте. — А зовут-то вас как? — он уже пошел вперед, я задаю вопрос его спине. — Михайлович — это отчество, а имя ваше какое? — Без имени можно. Михалыч и все. — Ну хорошо, поняла. Мы подходим к заляпанному грязью джипу. Михалыч замечает мой удивленный взгляд. — Хозяин на охоту ездил. Помыть машину не успел. Но ты привыкай. Он у нас мужик без изысков. Без этих ваших… светских манер. — Что вы, что вы! Нет проблем. Я сама без этих… без изысков. — Давай, садись, малявка. Михалыч открывает дверь салона, а сам бодро топает к водительскому сиденью. Едем мы молча. Потолкавшись по пробкам, выезжаем на загородное шоссе. Примерно через час оказываемся в лесу. Джип подпрыгивает на кочках — дорога началась незаасфальтированная. Вскоре перед нами возникает высокий забор и ворота. — Погоди, — кидает через плечо Михалыч и выбирается из машины. Он отпирает здоровый замок и открывает створки ворот. — Автоматика, м-м-м, как бы сказать повежливее, блин, заедает. Сломалась, — объясняет он, хотя я ничего не спрашивала. — Вот, повесил замок. Самое надежное средство. Въехав на участок, Михалыч опять выпрыгивает из джипа и запирает ворота. Когда они громко клацают, и на них повисает замок, мне становится страшно. Аж сердце в пятки убегает. Будто я еду в замок к Синей Бороде. Впереди — дом, и правда, похожий на замок. Темные стены, башенки, узкие прямоугольные окна… Мы едем по подъездной аллее. Вокруг — продолжение леса, нетронутого рукой ландшафтного дизайнера. — Вылезай, — командует Михалыч. Я выбираюсь из джипа и растеряно стою на лужайке — единственное, что приведено в порядок на манер английских газонов. — Хозяина покамест нет. Но я сейчас отопру дом. Жди там, малявка. Если есть хочешь, найди кухню. Бери там, что найдешь. Вчера ради тебя нашу кухарку вызывали. Обычно-то сами с хозяином управляемся. Но ради тебя решили чего-нибудь попросить ее сготовить. Ну ты типа гостья из культурной столицы, — Михалыч смеется, показывая ряд крепких, хоть и желтоватых, зубов. Он отпирает дубовую дверь, запускает меня внутрь и уходит. Я оказываюсь в огромном, темном холле.

По телу пробегает дрожь — в доме довольно прохладно. Хочу вернуться наружу, на солнышко. Заодно спросить Михалыча, когда все-таки приедет… Ох, ты ж! Я вообще забыла спросить Ксению, как женишка-то зовут! Не звать же мне его на манер Михалыча хозяином!