Книга Тест на отцовство, страница 5 – Тая Наварская

Багиров хмурится, а затем неожиданно выдает:

— А если я не хочу забывать? — говорит с вызовом.

— Максим, прошу, мы же взрослые люди. Наша ночь была ошибкой. Не будем ворошить прошлое.

На самом деле все не так однозначно, как я говорю. У наших с Мироном отношений есть свои особенности, которые обычным людям, наверное, покажутся странными.

Начнем с того, что мы вместе уже десять лет (да-да, так долго) и до сих пор не женаты. Более того за все это время мы ни разу всерьез не обсуждали возможность съехаться, узаконить отношения или, скажем, завести ребенка. Мы словно зависли в каком-то пограничном состоянии между любовью и дружбой, когда партнер вроде приятен и интересен, но в то же время не настолько, чтобы связывать с ним жизнь штампом в паспорте.

Безусловно, мы с Мироном любим друг друга, но какой-то своей, только нам двоим понятной любовь. Нам хорошо вместе, секс по большей части заканчивается обоюдным оргазмом, а определенная дистанция, которую мы держим, помогает сохранить этакую свежесть отношений. Мы не контролируем друг друга, не скатываемся в бытовые разборки и почти не ругаемся. Это ли не счастье?

Знаю, что вы сейчас скажете. Мол, а где же твоя хваленая любовь, если ты так легко изменила Мирону с Багировым? Вопрос, бесспорно, резонный, но давайте рассуждать по-взрослому. Любовь и секс — не тождественные понятия. Мирон — моя родственная душа, а Максим — просто единоразовая животная вспышка.

Понятно, что с моей стороны это некрасиво, подло и жестоко, но… Так бывает. Поэтому попрошу без осуждения: собственная совесть и так уже изрядно потрепала мне нервишки.

— А ты, оказывается, оторва, Орловская, — изумленно покачивает головой Багиров. — Маленькая испорченная оторва.

— А ведь когда-то про меня говорили: «Ах, какая хорошая девочка»! — хмыкаю я, аккуратно разрезая стейк. — Сглазили, наверное.

— Да, сглаз — дело страшное, — иронизирует Багиров, а затем, сделав небольшой глоток кофе, добавляет. — Ну ладно, София, твоя взяла. Давай обсудим работу.

* * *

Ресторан мы покидаем спустя сорок минут жарких споров на тему разницы благородного стиля и кричащей вычурности. Насмотревшись на всякие хипстерские полухостелы-полуотели в Европе, Багиров загорелся идеей реализовать что-то похожее в России. Якобы сейчас среди представителей высшей прослойки не только чопорные снобы, но и вполне себе продвинутые ребята: айтишники, блогеры, артисты. Они не хотят останавливаться в отелях а-ля московский «Националь». Им нужно нечто концептуальное, яркое и соответствующее духу времени.

Я пыталась объяснить Багирову, что делать ставку на самобытность слишком рискованно и что у отеля с классическим дизайном гораздо больше шансов на финансовый успех. Однако он остался глух к моим аргументам. Накидал мне в мессенджер несколько десятков непонятных фотографий для примера и дал задание подготовить новые эскизы к концу следующей недели.

— Мы, конечно, постараемся, но не факт, что успеем, — ворчу я, выходя на улицу. — Тут работы непочатый край.

— Лучше бы вам успеть, София, — ухмыляется Багиров. — Это я только с виду такой добренький, а если рассвирепею — добра не жди.

— Отлично. Уже и угрозы пошли, — вздыхаю.

— Ну что ты? Какие угрозы. Это просто плановая трепка. Так, для профилактики. Я же как-никак твой начальник.