Книга Наследник магната. Вернуть любой ценой, страница 63 – Марго Лаванда

— Какой он все-таки замечательный, — заметила вчера вечером Оля, когда Игорь привез меня домой и ушел.

— Да, ты права.

— Ты ему нравишься.

— В смысле?

— Ой, Крис, ну дурочку не строй из себя, — фыркает подружка.

— Я правда не понимаю, Оль. Ты же видишь в каком я состоянии…

— Да, да, прости. Зря я об этом заговорила, видно же что тебе сейчас совершенно не до этого. Да и с Юсуповым ничего не ясно. Но ты же не можешь не замечать, что Игорь к тебе неравнодушен?

— Ох, Оль, мне честное слово совсем до этого. Правда.

— Знаю, — Оля кивает и почему-то выглядит грустной.

Появляются звуки в радионяне и я спешу в свою комнату. Тимур проснулся и похныкивает в своей кроватке.

Беру его на руки, целую сладкую щечку.

— Ну привет, мой хороший. Кто самый красивый мальчик в мире? Сейчас будем умываться.

Занимаюсь сыном, и это самые счастливые и умиротворяющие мгновения для меня. Оля уходит по делам, забрав с собой Лео, в квартире стоит редкая для утра тишина.

На кухне пахнет кофе и пирогом, который подруга испекла вчера вечером.

Звонит телефон.

Мама.

— Кристина… — ее голос дрожит. — Кристина, доченька, ты проснулась?

— Да, мама… Конечно. Что-то с папой? — сердце ухает вниз, голова начинает кружиться.

— Его перевели. В отдельную палату, — говорит она быстро, взволнованно. — Приезжали врачи… такие… я даже не знаю… с ними главный кардиолог из столицы! Они все взяли под контроль, говорят, шанс хороший.

— Как? Кто? — я не понимаю. Хотя главное, что ничего плохого не случилось и отец в порядке. — Мы же… Мы даже не подумали об этом.

— Я тоже не понимаю, — всхлипывает мама. — Сказали, что все оплачено. Что все уже улажено.

Замолкаем обе, я просто слушаю ее дыхание.

— Мам, ты не волнуйся, ладно? Главное — что папе лучше.

— Да, — прошептала она. — Это самое главное.

Снова виснет пауза.

Я невольно задумываюсь, “что если…”. Что если это Амир?

Нет, я не буду думать об этом! Не хочу видеть в нем принца на белом коне. Он даже с невестой своей разобраться не может. И с матерью.

Но кто еще мог нам вот так помочь?

Я не буду думать сейчас о нем. Сейчас внутри слишком много всего сразу.

Облегчение, злость, боль, чувство вины. Все переплелось в один тугой ком.

После разговора я долго сижу, глядя в окно. Качаю Тимура на руках.

Солнце играет на шторах, а в груди нет ни тепла, ни света.

Только усталость. Но главное, что покой тоже присутствует. Страх отступил.

Я поднимаюсь, кладу сына в кроватку.

Он пошевелился, улыбнулся во сне.

Провожу пальцами по его мягким волосам, вдыхаю этот детский, чистый запах и тихо шепчу:

— Все хорошо, малыш. Все будет хорошо.

Как бы мне хотелось в это верить.

Телефон мигает сообщением.

От Амира:

«Твой отец стабилен. Врачи сказали, что кризис миновал. Отдохни. Я рядом».

Я смотрю на экран, пока буквы не расплываются.

Хочется ответить. Хочется все забыть и просто… поверить.

Но вместо этого я стираю сообщение, выключаю звук.

— Мы сами справимся, — шепчу с надеждой. Я хочу быть уверенной в собственных силах, а не зависеть от мужчины.

Кристина

— Мамуль, не нервничай больше. Папу сегодня выписывают, все хорошо, все позади, — останавливаю маму возле двери в палату.

— Знаю, — вздыхает она. — Только все еще никак не могу поверить, что все позади.

— Но это так. Скоро поедете в отпуск. Мы с тобой выбрали замечательный санаторий, оплатили путевки. Все прекрасно, а будет еще лучше.