Книга Верхний мир. Призрак свободы, страница 171 – Майя Олав Глакс

Однако сегодня был особенно важный день, и Клаус заметно нервничал не только из-за того, что видел за окном краденного эфикара. Он ехал в дом родителей Джоан, у которых все это время жил Оливер, пока Джо пропадала на подпольных операциях с Милтоном и остальными. Откладывать встречу с сыном было уже невыносимо, но теперь им предстоял непростой разговор с ним в попытке объяснить, почему его отец снова живой, хотя последние полгода ему твердили обратное.

Упрямый характер Олли, которым он пошел в мать, не обещал лёгкой беседы. Когда Джоан пропала в Лонде-Бри, все было иначе, Клаус говорил сыну, что она просто на задании и вскоре вернется. И так и случилось. Но возвращения отца ему никто не обещал.

Берч выдохнул, притормозив около дома, заглушил двигатель эфикара и неуверенным шагом двинулся к двери. На несколько секунд он замер возле входа, не решаясь войти. Клаус сжал кулак, пытаясь вспомнить, когда последний раз так волновался. И если бы Джоан, которая заметила, как он приехал, не открыла бы дверь без стука, неизвестно сколько бы он там еще стоял.

— С тобой все в порядке? — обеспокоенно посмотрела Джо на него, заметив его беспокойство. — Мы можем перенести…

— Нет-нет. Я готов, — выдохнул Клаус, слабо улыбнулся и вошел в дом.

— Он в своей комнате, я постараюсь с ним поговорить, подготовить… и привести сюда, — было заметно, что рыжая бестия нервничает еще больше, чем утром, когда они, наконец, решились на эту затею. — Не думала, что преподносить хорошие новости может быть так тяжело.

Для уверенности она обняла Клауса и поднялась на второй этаж, а через какое-то время Берч поднялся следом и прислушался к разговору за дверью.

— Ты решила насовсем оставить меня у бабушки и дедушки? — хныкал Олли, который явно был сегодня не в настроении. — Где ты все время пропадаешь⁈ Я хочу быть дома, с тобой!

— Дорогой, я же тебе объясняла, что сейчас непростое время… я хочу защитить, тебя, понимаешь? Ты для меня важнее всего на свете… Как только могу, я сразу возвращаюсь к тебе, — голос Джоан был мягкий и осторожный.

— Но я хочу быть с тобой… а что, если ты не вернешься так же, как папа… — Оливер вдруг заплакал, а у Клауса сжалось сердце.

— Милый, я хочу с тобой серьезно поговорить… о папе, — тяжело вздохнула Джоан и села на колени возле него, погладив по голове. — Я знаю, что все эти полгода говорила тебе о том, что он умер, защищая наш город и твое будущее… Но все оказалось чуть сложнее.

— Не хочу, не хочу! Это был мой День рождения! Папа должен был остаться со мной! — Олли начинал капризничать и недовольно топать ногами по полу, очевидно, он был еще маленький, чтобы совладать с такой тяжелой потерей, поэтому не горевал и не огорчался, а злился.

— Папа не мог тогда остаться, я уже тебе говорила об этом сотню раз, — на этот раз в голосе Джоан слышно было раздражение, но затем она взяла себя в руки и добавила более мягко: — Но иногда случаются… моменты… возможно, тогда все было не так просто. И папа… вернулся.

— Что? — осторожно спросил Оливер, а рыжая бестия рукой показала Клаусу, чтобы тот вошел.

— Ты только не волнуйся, хорошо? Я тебе все объясню, если смогу.

Сын еще не видел, что папа стоял сзади, Джо ласково гладила его по плечу, пытаясь подобрать слова.

— Так получилось, что папа отправился в Нижний мир живым, а не мертвым… И… Смерть смилостивился над ним, отправив обратно, — она резко замолчала, не решаясь рассказать сыну об амулетах.