Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 75 – Ангелина Сантос

Я приехал туда в половине шестого. Не заходил, пока господин Вер не сообщил Маре, кто ждёт. Она разрешила войти в торговый зал, но не в лабораторию.

На прилавке лежали свидетельства Эмиля, рабочий журнал и рекомендательное письмо мастера Грена. Мара проверяла каждую печать по списку. Тиль натирал медальон покойного мастера мелом и шерстью.

— Вы не должны его полировать до зеркала, — сказала Мара. — Номер сотрёшь.

— Грязный знак выглядит так, будто мы не уважаем комиссию.

— Слишком чистый — будто пытаемся продать.

Тиль вздохнул и отложил шерсть.

Я поставил на прилавок маленький футляр.

— Что там? — спросила Мара.

— Запасные линзы Орсы. Она сказала, вы можете взять, если цеховые окажутся с царапинами.

— Экзамен требует использовать предоставленные инструменты. Свои линзы сочтут преимуществом.

— Тогда оставлю у Леи как контроль.

— Это можно.

Она свернула список. Лицо выглядело спокойным, но вторая пуговица на манжете была застёгнута в неправильную петлю. Я указал взглядом. Мара исправила.

— Если Роут появится, — сказала она, — вы не вмешиваетесь без команды Леи.

— Это записано в соглашении.

— Хочу услышать.

— Не вмешиваюсь. Передаю сведения Лее. Решение принимает она.

— Даже если испортят мой состав?

— Сообщу о подмене через неё.

— Даже если комиссия собирается провалить меня?

— Да.

— Даже если считаете, что можете исправить быстрее?

Я выдержал её взгляд.

— Особенно тогда.

Мара кивнула. Не как женщине, которой я причинил боль. Как человеку, проверившему условие перед опасной работой.

У двери собрались первые соседи. Булочник принёс горячие пироги, портниха — небольшой букет сушёной лаванды. Никто не говорил о возможном провале, но каждый желал удачи слишком подробно.

Мара закрыла аптеку сама. Временное свидетельство оставила на столе: возвращаться с ним после экзамена уже не имело смысла.

Я приехал к гильдейскому залу раньше комиссии.

Не как командующий. Оперативной печати на поясе не было, военные у входа подчинялись Лее. Мне выделили место среди свидетелей, рядом с Орсой и Иваром. Вставать во время практической части запрещалось всем, кроме экзаменаторов.

— Если увидишь нарушение, сообщишь мне запиской, — сказала Лея. — Не выйдешь к столу, не остановишь опыт, не отдашь приказ.

— Помню договор.

— Повторяю для собственного спокойствия.

Она проверила стражу у служебных дверей. После речного склада Роут исчез. У трёх тайных причалов нашли пустые лодки и следы крови, но не тело. Таль продолжал отрицать связь.

Мара вошла вместе с Тилем. Простое серое платье, белые манжеты, волосы убраны под рабочую косынку. На шее — медальон Эмиля с цеховым номером. Не как память о браке, а как документ ученичества: устав позволял вдове предъявить знак покойного мастера при экзамене.

Она увидела меня. Кивнула так же, как Орсе и Лее. Я ответил.

Тиль сел позади неё. Перед входом в зал Мара заставила его показать карманы: никаких реактивов, записок и спрятанных подсказок. Он возмутился, но подчинился.

Комиссия состояла из пяти человек. Корвин Таль занял место председателя. Справа от него сидели мастер Грен, рекомендовавший Мару, и пожилая аптекарша Сайна Мор. Слева — цеховой секретарь и представитель городского суда. Присутствия последнего добилась Лея, сославшись на значение лицензии для текущего дела.