Книга Вдова-аптекарь. Яд для драконьего генерала, страница 51 – Ангелина Сантос

ГЛАВА 11. Цена противоядия

Корвин Таль прислал экипаж.

На дверце стоял знак Фонда восстановления ветеранов. Внутри лежали меховые пледы, две грелки и запечатанный графин солёной воды. Хозяин знал о моём состоянии достаточно, чтобы позаботиться о дороге.

Я оставил экипаж у аптеки и заказал обычный городской.

— Боитесь воды? — спросила Мара.

— Боюсь любезности человека, который знает, что мне холодно.

После пожара прошло меньше суток. Голос вернулся, но каждое слово царапало горло. Орса разрешила говорить коротко и только потому, что встречу с Талем нельзя было провести письмами. Ивар пытался заменить меня. Таль отказался обсуждать выдачу лишайника с кем-либо, кроме пациента и аптекаря, проводившего исследование.

Мара сидела напротив. На ней было тёмно-зелёное платье без траурных деталей и простой чёрный плащ. Волосы убраны под шляпу, левую руку скрывала перчатка. В дорожном футляре лежали заключения Орсы и судебное требование Леи на отпуск жизненно необходимого сырья.

Мы не говорили о поцелуе.

Утром она осмотрела моё горло, записала температуру и сообщила, что ожог не ухудшился. Я ответил, что её пальцы двигаются лучше. На этом личная часть разговора закончилась.

— Если Таль предложит лишайник без документов, не берите, — сказала Мара.

— Почему?

— Чистоту нельзя определить на глаз. Он может дать сырой, обработанный стабилизатором или другой вид.

— Значит, проверите.

— До приёма. И нужна вся партия, из которой взят образец, или опечатанный контроль. Одного мешочка недостаточно.

— Вы предполагаете, что он попытается отравить меня на встрече?

— Я предполагаю, что человек, контролирующий яд и противоядие, понимает ценность дозировки.

Экипаж остановился у дома Таля.

Он жил недалеко от цеха, в особняке с зимним садом. Ни вооружённой стражи у ворот, ни драконьих статуй, которыми любили украшать дома люди, никогда не видевшие живого превращения. Только швейцар, два лакея и герб аптекарского цеха на стекле.

Лея ждала внутри. Таль согласился принять магистрата как представителя закона, но потребовал оставить Ивара в передней. Майор возражал, пока я не указал на дверь соседней комнаты: через неё он услышит любой шум.

Нас провели в библиотеку.

Корвин Таль выглядел старше, чем на официальном портрете. Серебряные волосы зачёсаны назад, левое колено не сгибалось полностью. Он опирался на тонкую трость, но вставал без помощи. На столе перед ним стояла деревянная шкатулка.

— Генерал Вельд. Госпожа Лорен. Магистрат Дорн. Присаживайтесь.

— Мы постоим, — сказала Лея.

— Как пожелаете. Генералу, полагаю, лучше сесть.

Я остался стоять.

Таль посмотрел на мою шею, где над воротом темнел ожог.

— Вчерашний пожар стал несчастьем для всех нас. Фонд потерял здание, цех — репутацию, город едва не потерял генерала.

— Роут запер нас внутри, — сказал я.

Горло отозвалось болью. Мара едва заметно подняла два пальца: меньше говорить.

— Если это подтвердится, он ответит, — произнёс Таль. — Ивен Роут имел доступ к фонду как инспектор. Мы доверяли ему. Очевидно, напрасно.

— Почему фонд арендовал подпольную лабораторию? — спросила Лея.

— Не подпольную. Опытное производство согревающих составов для ветеранов. Помещение не было заявлено как аптека, поскольку там не велась розничная торговля.