Книга Невольная истинная 2, страница 24 – Юлия Пульс, Диана Билык

Муж пер прямо на нас в сопровождении генерала Норвена. Взгляд яростный, прожигающий до оторопи магическим льдом, что вспыхивал в серебристых радужках синевой.

Я замерла на месте и не смогла больше двигаться. Адриан ступил вперед и закрыл меня спиной.

— Мериди! — раздался стальной голос Торна, как гром. — Иди сюда! — муж протянул ладонь.

— Руки… — угрожающе зарычал Адри, — оторву!

Торн от злости раздался в плечах.

— Поганец! Я сегодня ее заберу, — просвистел он сквозь зубы и подался вперед. — А потом сброшу с башни тебе под ноги, ублюдок!

Адриан полыхнул такой яркой фиолетовой вспышкой, что меня на миг ослепило. Он настолько молниеносно ударил Торна по роже, что я понять не успела. Брызнула кровь. Нос всмятку. Набежала королевская стража. Оттеснила нас к лестнице.

— Лекаря! — закричал Норвен.

Адри повернулся ко мне. Ухмыльнулся.

— Давно мечтал это сделать, — он обхватил мое лицо ладонями и впился в губы поцелуем на виду у всех.

Я даже не поняла, бояться ли мне или удивляться.

Оторвалась от его губ и прошептала с улыбкой:

— Мальчишка. — Коснулась его щеки ладонью. — Но мне понравилось.

Он рассмеялся, взял меня за руку и повел вниз по лестнице, не обращая внимания на происходящий вокруг хаос. Торн что-то кричал нам вслед, но слов было не разобрать.

Дворецкий пригласил нас в зал для аудиенций, где на троне восседал король.

Серебристые волосы, такие же серебристые глаза, пронизывающие насквозь, крепкая мускулистая фигура. Почти такой, как его изображали на картинах в книгах по истории Диона. Этот дракон пролежал во льдах двадцать лет, вот где выдержка.

— Доброго здравия, граф Сорейна, Адриан лиэн Блэдд, — строго произнес его величество. — Герцогиня Мериди дарвия Фолкнер, — перевел на меня цепкий взгляд, будто на части разобрал. — Присаживайтесь, — показал в сторону двух кресел по его правую руку. — Герцог Фолкнер задерживается?

— Немного. У вас довольно крутые лестницы во дворце, ваше величество. — Адриан уважительно поклонился, усадил меня на указанное место и опустился рядом. Взял меня за руку и обворожительно улыбнулся. Темно-фиолетовый камзол выгодно подчеркивал его необыкновенные глаза, которые сейчас особенно ярко сверкали.

Было ощущение, что я на разделочном столе, и сейчас от меня отрежут ногу, руку, живот… Скрутило так, что я беспомощно вцепилась в руку Адриана и бездумно смотрела вперед. Мы с ним не договаривались, о чем будем говорить на аудиенции, да и бессмысленно врать — есть способы магически заставить быть честным. И врать о чем? О том, что стала истинной графа из-за насилия?

У меня сейчас голова взорвется от мыслей. И утренняя тошнота подползла незаметно. Спасите…

Наверное, я сейчас похожа на пленницу, а не на женщину, которую всячески оберегают, лелеют, ласкают… Да что там: на руках носят! Кожа бледная, вспотевшая, волосы висят блеклыми веревками, а тело постоянно и бесконтрольно дрожит. Хорошо хоть магия сегодня молчит, слишком ослабла я за время отравления. У мамы тоже было неприятие спиртного, я никогда не думала, что мне передастся. Раньше никогда и не пила столько: пригубить могла, но не более. Из-за отца я воспринимала алкоголь, как зло, которое лучше сторониться. И не зря, как оказалось.

Торн ворвался в зал разъяренным зверем. На лице ни следа от удара не осталось. Лекарь быстро подлатал. Только брызги крови на вороте белого камзола напоминали о случившемся.