Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 197 – Алена Шашкова

Холод. Боль. Безумие предсмертной агонии. Я отполз в какой-то каменный грот, уверенный, что там и найду вечный покой, и почти смирился с тем, что мне уже не вернуться. Но больше всего я жалел, что не смог попрощаться с Ярикой. Эта мысль буквально разрывала мое сердце.

И тогда со мной заговорили горы. Мне кажется, это и было их испытание моего намерения: для чего я искал древнюю библиотеку. Что я готов за это отдать.

Горы не только забрали свое — теперь я до конца жизни связан магией с ними, — но и дали ответы, которые привели меня сюда, к этому моменту, к возможности быть с моей ящеркой, быть достойной ее.

— Жаль, что Лоренхейт теряет такого мудрого дракона, — говорит Джонс, переводя свой проницательный взгляд на меня. — Но когда этот дракон становится правителем соседней страны — это вдвойне выгодней. И безопасней.

Я слышу подтекст в его словах, но понимаю, что он вряд ли прямо ответит на мой вопрос.

— Вы решили оставить родовое имя Филис? — внезапно переводит он тему.

— Мы об этом думали с Ярикой, — отвечаю я. — Но… ты знаешь, мы решили, что это имя ничем не хуже любого другого, тем более что я давно исключен из родового древа своего отца.

— Он не писал тебе?

— Писал. И даже не один раз, особенно когда узнал, что я работаю на самого монарха, — усмехаюсь я.

Да-да, Филис-старший внезапно решил, что не такой уж бастард и бездарный, что толк из него выйдет, поэтому надо срочно заставить его, то есть меня, изменить решение и вернуться в отчий дом.

Я думал, что буду испытывать злорадство и удовлетворение от того, как он пытается переиграть все, осознавая, что сделал ставку не на того сына. Но внутри было тихо и спокойно, как с отболевшей раной.

Я ответил ему лишь раз, на самое первое письмо, и игнорировал все прочие послания. Даже последнее, в котором отец рассказал, что мой старший брат ввязался в какую-то крупную и не очень чистую авантюру. По глупости, я полагаю. И попался. Тоже по глупости. После был отправлен на рудники, и его не спасло ни положение, ни связи.

Тогда же до отца докатились новости про коронацию, и он… даже приехал. Мы с Ярикой приняли его. Выслушали и отправили обратно с копией документов об исключении из рода. На тот случай, если он потерял первые.

Он злился, пытался угрожать и манипулировать. Это выглядело даже смешно.

Я понятия не имею, что с ним сейчас, да и знать не хочу. А вот…

— А где Ферст? — спрашиваю я. — И Ругро?

Меня уже оповестили, что ректора и моего куратора не будет. Да вообще из всех преподавателей смог присутствовать только Джонс — остальные как улетели после коронации, так и не вернулись.

Тот пожимает плечами:

— Ты же знаешь эту академию. То контрабанда, то бои, а то внезапные истинные… Там снова что-то случилось, вот и разбираются, — отвечает Джонс.

И это в какой-то мере тоже прекрасно, ведь значит, что жизнь продолжается.

Я стою на том же месте, где пару месяцев назад нас с Ярикой короновали. Площадь снова полна, но в первых рядах самые близкие и важные для нас люди. Генерал Торрен, который всегда отстаивал мнение Ярики в совете. Лантерра, которая приняла меня безоговорочно и помогла вспомнить, что такое материнское тепло. Тайра с близнецами, даже Лисса приехала — после наших путешествий для спасения Ярики она наотрез отказывается использовать телепортационные кристаллы.