Книга (Не) достойная дракона. Академия Лоренхейта, страница 139 – Алена Шашкова

— Скорее подчищать за братцем и папочкой, — пожимаю плечами. — Вот это.

Я молча достаю флакон и ставлю его на полированную поверхность стола. Золотистая жидкость невинно мерцает в свете огня.

Конечно, со стороны может показаться странным: как я, с мнением которого не считались, вдруг оказался таким важным и нужным. На самом деле все просто: теперь на меня будет легче все скинуть. Но… Не считаясь со мной, они во многом ошиблись.

— Это из одного сарая в доках моего отца. Там хранят свои товары Леймонты. Это, — я киваю на флакон, — было под иллюзией. Полагаю, что именно это искали стражи из сыска. Но… это не то, чем травят студентов.

Ферст берет флакон, рассматривает его на свет. Открывает крышку и принюхивается. Курт тоже подходит ближе, капает на ладонь и растирает пальцами.

— Элитное, — констатирует она. — Дорогое. Но… с какой-то особенностью, я никак не могу понять. Надо анализировать.

— Ферст передаст Алессандре, — говорит Ругро. — У нас тоже новости есть.

Он протягивает мне бумаги, я быстро просматриваю мелкий, красивый почерк Алессандры Ферст. Результаты анализа зелья.

— Это?..

— Да, та самая бурда, которую достают студенты, — заканчивает мою мысль Ругро. — Приятели твоей Ярики постарались. Сами принесли. Сказали, что пили, а удачи не получили — во второй этап не прошли.

— Им повезло, — кивает Курт. — У них зелье не вызвало резкой интоксикации, как у Лейсона и других студентов. Но они решили не рисковать.

Или… потому что я с Бином и Беном поговорил. Просто по-приятельски. Когда искал все, что касается Ярики, чтобы понять, кто же ей жизнь портит. Про зелье я просто намекнул, но, видно, качественно.

— Адреас, — голос Ругро становится тише, но в нем звучит сталь. — Ты понимаешь, что если выяснится, что эти зелья как-то связаны, то… это ударит по твоей семье.

— Понимаю, — глухо отвечаю я.

Уж к этому-то я точно готов.

Я смотрю на, крикливых девушек, в каждом жесте которых читается ужас и растерянность, а потом перевожу взгляд на:

— Это мои… кто? — решаю уточнить я.

— Полагаю, что большинство твоих неприятностей последнего времени — тех, в которых ты не виновата сама, конечно, — дело рук вот этих двух милых девушек, — говорит Лисса, и на губах ведьмы расцветает довольная улыбка.

Я еще раз оглядываюсь на разукрашенных прыщами девчонок, не в силах до конца принять, что в моих бедах виноваты те, кто меня, фактически, не знал, кому я не переходила дорогу, с кем мне нечего делить. За что вообще?

— Что ты сделала? — спрашиваю я.

— Это всего лишь проклятие зеркальной цены, — говорит Лисса, рассматривая свои ногти. — Провидение само взвешивает равноценность наказания и воздает по заслугам. Как видишь, хорошо заслужили.

Вижу. Оцениваю и понимаю, что даже знать не хочу, что они собирались сделать в этот раз.

— Что здесь происходит? — на шум выходит и Курт, похоже, мгновенно оценивая ситуацию. — Студентка Фенвик!

Лисса принимает вертикальное положение, выказывая этим уважение целительнице, но — по глазам вижу — ни капли не расстраивается и не раскаивается. Голос Курт звучит строго, хотя в глубине её вишневых глаз я замечаю искорки одобрения.

— Я, кажется, предупреждала вас насчет самодеятельности в проклятиях?

Значит, это уже не в первый раз? Ведьма только едва заметно пожимает плечами. Зато нас замечают Марга с Франсой и тут же накидываются на Лиссу: