Книга Случайная попаданка для дракона. Академия Лоренхейта, страница 47 – Алена Шашкова

Ирганию и всю комиссию поселили на этаж выше преподавательского, видимо, предназначенный для специальных гостей. Этот этаж имеет отдельный вход снаружи, а внутри туда ведет одна узкая лестница для прислуги, которой гости, естественно, обычно не пользуются.

Но не Иргания. Она решает пройти именно этим путем. Не хочет, чтобы ее заметили? А вот я заметила!

Она поворачивает направо по коридору, и я слышу, как начинает подниматься по ступенькам винтовой лестницы. Мне на самом деле отсюда налево, к нашему преподавательскому холлу, но…

А если она решит прямо сейчас как-то подставить кого-то из нестабильных? Или даже… меня?

Поэтому я дожидаюсь, когда она чуть поднимется, и следую за ней. Удивительно, но самое громкое, что я слышу в окружающей тишине — биение моего сердца. Оно просто оглушающее. Ладони потеют, но я даже не вытираю их, чтобы случайно не зашуршать платьем.

Ступенька за ступенькой, прислушиваясь к тому, что шаги Иргании уходят вверх, я иду за ней. Внезапно звук шагов обрывается вместе с моим сердцебиением, а потом начинает приближаться ко мне!

Мое проклятое везение! Кажется, я попала.

Я уже собираюсь развернуться и как можно быстрее спускаться, когда горячая шершавая ладонь накрывает мой рот, а вторая рука ложится на талию, и меня резко дергают, втягивая в темную нишу в стене.

Передо мной закрывается плотный тканевой занавес, скрывающий углубление в стене, которое и не заметишь в темноте, если не будешь о нем знать.

Легкие наполняет аромат сандала и черного перца, и, несмотря на то, что сердце все еще колотится как ненормальное, я немного расслабляюсь.

Чувствую, как ректор прижимает меня спиной к своему сильному телу, рельефные мышцы которого ощущаются даже сквозь одежду. Меня словно окутывает его теплом, защищает от внешнего мира даже тут, в этой темной комнатке.

Вообще иррациональное чувство, учитывая, что именно он в первую очередь и подозревал меня, а его бывшая, которая все еще надеется стать настоящей, пытается засадить меня.

— Я сейчас отпущу, но при одном условии: вы не издаете ни звука! — шепчет ректор, едва касаясь губами моего уха. — Кивните, если согласны.

Естественно, я киваю, тогда он убирает свою руку с моего лица и резко разворачивает лицом к себе, одновременно прижимая к стене.

Мы стоим в крошечной нише, где и одному-то развернуться тяжело, а тут нас двое, потому мы оказываемся плотно прижаты друг у другу. Ректор снова нависает надо мной как скала, только теперь у меня нет шанса отдалиться.

Нос к носу, глаза в глаза. И это заставляет мурашки бежать по телу, разгоняет кровь и делает дыхание поверхностным и частым.

Радужка ректора на мгновение вспыхивает ярким золотом, а зрачок становится вертикальным.

— Кажется, я просил вас не делать глупостей! — практически одними губами произносит он, а я ощущаю его слегка мятное дыхание.

— Кажется, я вам уже говорила, что разберусь во всем сама! — так же отвечаю я. — Раз вы не хотите включить голову и понять, что тут что-то не так!

Забавно, что мы разговариваем почти бесшумно, но совершенно точно понятно, что кричим друг на друга.

— Это вам уже пора включить вашу милую головку и осознать, что с Ирганией шутки плохи, — он прищуривается и склоняется еще ближе. — Вы даже не представляете, во что можете вляпаться!