Книга Взрывная истинная для декана. Академия Лоренхейта, страница 119 – Алена Шашкова

Эмма и Элла выходят с разных сторон окружающей нас толпы и с прищуром смотрят на Джуну. Удивительно: они младше ее минимум на четыре года, а сейчас она кажется маленькой. Наверное, впервые я вижу фамильяров близняшек, и они, на удивление, разные! У рыжей — огненный феникс, а у блондинки — белоснежный грифон. Внушительные такие фамильяры, однако… Не удивительно, что я их не видела: где их держать-то?

Кажется, Джуну это тоже впечатлило, потому что она пятится, с ненавистью глядя на меня и, судя по взгляду, уже продумывает следующий шаг.

— А куда ты пошла-то? — вклинивается Хлив. — Может, все же просветишь, как было на самом деле? А Хорл скажет, насколько ты завралась.

Та группа девчонок, с которой она стояла, как будто сама собой рассасывается, не остается ни одной! Зато Джуна теперь — сосредоточение всеобщего внимания. Все ждут, что же она скажет.

— Она… — сестра спотыкается на слове. — Я…

Мне становится настолько гадливо смотреть на то, как она попеременно краснеет и бледнеет, что уже дико хочется уйти поскорее. Мне не нужны ее признания и ее унижение. Мне было бы достаточно, чтобы она просто закрыла свой поганый рот и дала сдать экзамен.

Но вот не даст же.

— Алисия пришла туда с Никосом, — цедит Джуна сквозь зубы. — А потом вместе с профессором Вальгердом помогла защитить всех от опасного артефакта. Я правда не видела, что было дальше, но та картинка из газеты… — ей приходится набрать воздух в легкие, чтобы признать это: — вранье и подделка.

По толпе проносится гул, и теперь все смотрят на меня. А мне уже все равно. У меня проблем хватает и без их качелей “кому верить”. Все верят в меру того, как им позволяет совесть.

— Я вижу, вам завтрак уже не нужен?

Звучит голос, от которого у меня раньше бы кровь в жилах застыла. Но теперь я, с одной стороны, привыкла, а с другой — чувствую, что это наведенное ощущение. Профессор Ругро идет к нам по аллее от входа в преподавательскую столовую.

В голосе не было ни гнева, ни угрозы, но напряглись все.

— Настоятельно предлагаю всем пойти набивать свои желудки, — говорит он, и спорить совсем не хочется. — А то вдруг еду перестанут выдавать раньше.

Намек тут же понимают, и начинают расходиться. В тишине. Даже не обсуждая ничего из только что произошедшего. Эмма и Элла ловят мой взгляд, подмигивают и, объединившись, уходят в сторону учебных корпусов. Чувствую, как в носу начинает щипать, а к глазам подступают слезы благодарности.

Вот вроде ничего особенного, но моя вселенная, в тесноте которой я жила долгие годы, где кроме меня был только Фрейд, как будто становится намного шире, помогает дышать свободнее.

Парни не двигаются с места, пока Ругро не оказывается рядом с нами.

— Свободны, — коротко приказывает он им, но ребята смотрят сначала на меня.

— Я в порядке, скоро приду, — мягко улыбаюсь я, надеясь, что они не заметят блеска слез.

Мы остаемся с Ругро наедине.

— Сегодня занятие после обеда, — предупреждает он. — Со мной. Профессору Вальгерду пришлось… задержаться.

— С ним…

— Все в порядке, — заканчивает за меня Ругро, а потом криво улыбается, отчего его шрам становится сильнее заметен. — Самые главные снобы академии на защите у нестабильной девушки? Да еще и считают ее “своей”? Вы умеете удивлять.

Он, развернувшись на пятках, уходит к учебным корпусам. Но проблема в том, что его глаза говорили другое. Вальгерд не в порядке.