Книга Наложница темного владыки, страница 5 – Яна Уварова

Мужчина плавным шагом проходит к креслу.

Опускается.

Приманивает меня жестом.

И смотрит… пристальный взгляд обжигает нервные окончания.

Кажется, даже в моем сознании пульсирует «иди ко мне».

Метка действительно реагирует и начинает жечь. Пока осторожно, но я знаю, что магия будет усиливаться.

Наслышана.

Такие метки заставляют гореть желанием и подчиняться, причиняя боль в случае непослушания.

Я иду.

Опускаю стопы в теплую воду неглубокого бассейна, пламя свечей отражается на водной глади и она словно горит.

Когда подхожу, мои ноги утопают в мягкой шкуре.

Владыка расслабленно откидывается в кресле и наклоняет голову набок.

Внезапно мои ноги подгибаются. Под его пристальным взглядом я падаю на колени.

Глаза мужчины, практически темные, на мгновение меняют цвет.

В висках у меня покалывает.

Знаю, что демоны высшего уровня способны распознавать магию.

Но не травы, которыми меня опоили.

Он ничего не чувствует и я замечаю, как он раздраженно выдыхает.

— Возможно так будет интереснее, — задумчиво произносит, выдержав паузу. — Так лучше для тебя. Ты знаешь правила магии метки?

На душе холодеет, но я киваю.

— Моя метка будет на тебе три луны.

Три луны?

Вначале сердце подпрыгивает от облегчения.

Всего навсего три луны!

Но потом…

Почему так мало?

Наложниц обычно помечают на большие сроки. Этот своеобразный контракт может длиться годами.

Растерянно хлопаю ресницами.

Он замечает мое смятение, усмехается, обнажая белоснежные клыки.

— С тебя хватит трех лун, — владыка, подняв руку, касается моей щеки.

Чувствую шероховатость кончиков его пальцев. Странную бархатность в голосе. И противоречивый взгляд, изучающий мое лицо.

И губы…

Он смотрит на них жадно, прикасается. Обводит большим пальцем.

— Я никогда не беру себе наложниц из людской расы. Ты исключение, — сообщает обволакивающим голосом, от которого в районе метки разливается тепло.

Но, проклятье, я отчетливо понимаю — он не просто так начал этот разговор. За его словами скрывается что-то жуткое. И меня пробивает холодом. Не смотря на нарастающую волну тепла и множество свечей, прогревающих зал.

Видимо он замечает страх в моих глазах. Отмечает, как дрогнули мои губы. Что-то в его лице меняется. Черты становятся опасно острее.

— Поднимись, — выдыхает сквозь зубы.

Сглотнув, я встаю на ноги. Колени подрагивают.

Мрачный взгляд владыки снова изучает мое тело. Недолго.

Несколько коротких мгновений, от которых кожа успевает покрыться мурашками.

— Раздевайся, — звучит оглушительный приказ. — Хочу увидеть тебя.

Я медлю.

Кусаю губы от волнения. И… стыда.

Казалось бы, мне даже снимать толком нечего. Тело едва прикрыто. Можно увидеть все.

Но оказывается, скинуть с себя прозрачный шелк невыносимо тяжело.

Владыка, не отводя глаз, прищуривается. Его взгляд и так нагло ласкает мое тело, задевая чувствительные места.

Во рту пересыхает…

Метка.

Она не просто жгет, а колет нежную кожу.

Я позволяю себе сопротивляться.

Покалывания усиливаются и мне уже хочется зажмуриться. Нарастающая боль будет усиливаться.

Я знаю. Потому что это уже происходит.

Еще мгновение моего промедления и что-то наподобие раскаленных игл вонзается глубже в кожу.

Дрожащими руками тянусь к поясу.

Развязываю быстро, как могу.

Платье ослабевает, а затем я скидываю его с плечь.