Книга Радуга на запястье, страница 63 – Юлия Фирсанова

Это еще хорошо, что объемы для наполнения фиала требовались скромные. Речь шла скорее о признаке «вещества», чем о его количестве, потому друзьям не пришлось метаться по всему городу, а то и миру, в поисках недостающих экзотических ингредиентов.

Чуткий брюнет сориентировался проворно. Благо метеоритов на его долю со свода небесного не низверглось, а пару очень противно зудящих крупных комаров, способных нарушить концентрацию, еще на подлете бесшумно поймал и изничтожил Род.

От кухни Мелвин повел компанию за казармы, к пристройке-складу. Несмотря на вечер, дверь была открыта. То ли для проветривания, поскольку окна скорее походили на бойницы, чем на отверстия для освещения, то ли как демонстративный знак: здесь все еще работают! Коль тебе сильно надо, рискни, здоровьем, шагни во мрак!

Хотя мрака внутри не оказалось. Дверной проем занавешивал плотный кусок ткани, пропитанный гвоздичным маслом для защиты от насекомых.

Внутри был свет масляных ламп, порядок, и… о да, он самый, четвертый ингредиент! Каждая вещь на многочисленных широких полках и крюках была на своем месте. Но тут пахло не педантизмом, возведённым в абсолют, а почти домашним уютом. То ли от запаха гвоздики, смешанного со сдобой и выделанной кожей, то ли из-за теплого света, а может, и из-за разноцветных нешироких половичков, брошенных у входа на полу и под столом, в ногах. За стопками вощеных табличек сидел худой, еще крепкий мужчина, настолько лопоухий, что короткая стрижка даже не пыталась скрыть особенность внешности.

Этот на вокальные упражнения не разменивался, заметил вечернего гостя сразу. Но лебезить не стал. Поднялся, стукнул кулаком в грудь, коротко выдал:

— Аве, мой император.

— Статилиус, все считаешь? Неужто дня не хватило? Стареешь, друг мой? – спросил знатный посетитель.

— Днем, мой император, тут и других дел в достатке, и легионеров толпы. Кто за чем идет. Сейчас спокойно, – хекнул ушан, машинально ткнув стило в поясной кошель. – Мало кому нужда придет к ночи на склады нестись.

Камень был явно брошен в огород императора без малейшей опаски. Оба собеседника знали себе цену, пусть и стояли на разных ступенях социальной лестницы.

— Путь мой мимо лежал, новой амуниции от тебя требовать не стану, – коротко усмехнулся император.

— Тогда аве тебе, – пожал плечами Статилиус и снова сел за стол, продолжив работу как ни в чем не бывало. Ходят тут всякие императоры, от учета отвлекают!

А Кира разместила в фиале уль последний компонент состава оттенка древесной стружки.

— Верные люди тебя окружают, властитель, – протянула Алия, полуприкрыв глаза, и сподобилась высказаться четко и ясно, вопреки любимой игре в абстракцию и загадки: – Нам фиал для врачевания прорех мира, тебе должна остаться крепкая вера в них и в себя. Она выстоит под ветром сомнений, привнесенных извне.

— Дельный совет! Сомнение, конечно, один из двигателей научного прогресса, но и подходящая почва для душевных терзаний, – согласилась с подругой Кирана.

— Странны игры небожителей, клянусь Юпирсом, за этот вечер я узнал своих людей так, как никогда прежде, – промолвил император, потирая бритый подбородок.

Почему-то быть откровенным с этой компанией пришельцев у него получалось непроизвольно и совершенно не тянуло лукавить или таиться. Но было ли это следствием печати Могуществ на руках посланцев или выходило от того, что этим людям (людям ли?) от него ничего не требовалось, не зависели они ни в чем от его воли и власти? Кто знает? Он, конечно, император, избранный народом Лалтинуса и благословленный богами. Так эти шестеро вообще Могуществами благословлены. Да важно ли ему докопаться до каждой мелочи? Иной раз, как ему только что сказали, надо видеть и верить.