Книга Радуга на запястье, страница 21 – Юлия Фирсанова

— Людей?.. – озадачился, нет, в самом деле, озадачился Род, а потом вынужденно констатировал: – Ты права, Кирюнь, в Лайланде населения не много, да и вообще… Рождаемость низкая. И не в ограничениях суть. Тут один ребенок или бездетные семьи – норма, редко когда два.

— Значит, Лайланд вымирает или это просто циклическое колебание численности населения? – задумалась Кира вслух.

— Я не знаю, – Род растерялся. Взгляд со стороны и проистекающие из него откровения были для парня как удар обухом топора. Он, несмотря на вернувшуюся память, какой-то частью сознания продолжал считать себя местным.

— Листравки… – цокнула языком девушка.

— Что? – насторожился друг, враз нафантазировав теорию заговора разумных бабочек-вторженцев с иного пласта миров. – Думаешь, они как-то виноваты?

— Нет, думаю, бедные чешуекрылые, которые, кстати, тоже не блещут плодовитостью, всего лишь один из маркеров общей беды.

— Кирюнь, чего делать-то? Как им помочь?

— Род, я не целитель, не знаток проклятий и куча всего прочего «не», – фыркнула Кира. – Мы с тобой студенты! Вернемся в Ильреон, поищем специалистов, если ты серьезно решил взяться за ликвидацию проблемы. А там уж возможны варианты…

— Например? – настороженно уточнил парень.

— Ты и без меня знаешь, те же конспекты вел и лекции слушал: воля Могуществ, ожидание рождения героя, назначенного миру, проблема, с которой должны бороться лишь сами жители, как путь становления расы… И так далее и тому подобное. Если всего этого в перечне запретов нет, тогда можно пробовать.

Родгард тяжело вздохнул и нехотя согласился, отбив по рулю короткую тревожную дробь:

— Ты права, но, когда все это лично касается, хочется наплевать на запреты и помочь.

— Такова человеческая природа. Потому и следят за всем Могущества и их Служители. Мы можем невольно помочь так, как не один враг не навредит, – философски резюмировала Кирана. – Потому я и выбрала факультет, занимающийся структурой миров, а не законами и сутью живых обитателей. Структуру можно изучать, не влезая в личные отношения. Или влезая минимально.

— И все равно не получается не влезать, – обреченно признал Род, повесив светловолосую голову.

— Чтобы не влезать, тебе надо было на сантехника учиться. Тогда бы влезал совсем в другое, но, думается мне, тоже очень скоро начал ворчать.

— Злая ты, Кирюнь, вот бы про кондитеров речь завести, – нарочито тяжко вздохнул друг.

— Вот еще, – фыркнула Кирана. – Готовить-то ты любишь, а я должна была выбрать что-то очевидно-неприятное для наглядности! – с демонстративной злобой захихикала девушка.

Так, посмеиваясь, она и ехала какое-то время, а потом охнула. Род затормозил почти резко и выпалил, азартно блеснув темными глазами:

— Здесь! Надо тут открывать, чувствуешь?

Кира нацепила изящные очки. Настройка поиска в новом мире не была столь точна, как на Земле. Но, сверившись с мерцающими всполохами по краям оправы очков, девушка признала:

— Да, соглашусь, открывать надо здесь.

Это в мире техническом, по большей части, где открыл, там открыл. Выгодное место для врат – понятие почти относительное, главный фактор работы – скорость. Исключение со знаком минус – места откровенно аномальные. Туда добровольно ни за какие коврижки не полезешь даже просто погулять в поисках острых ощущений. Там не столько открыть, сколько сгинуть запросто можно, если в общий котел странного сплетения энергий плеснуть свою порцию. Или открыть совсем не туда, куда желаешь. Рисковать из чистого любопытства: «А что будет, если?» станет только номинант на премию Дарвина. В любом случае истина непреложна: строение мира технического везде против порталов.