Книга Радуга на запястье, страница 170 – Юлия Фирсанова

Альрау мерцал в тени деревьев, приглядывая за парочкой, чтобы чего-нибудь не натворили случайно. В то, что станут чудить нарочно после приключений в мире насекомых, обрис не верил. Девицам хватило пережитого с перехлестом.

Ила и Севери питались с аппетитом, но моргали уже сонно. Нервное напряжение отпускало, и наваливалась усталость. Команду Киры они увидели и поздоровались по студенческому обыкновению поднятыми вверх ладошками правой руки и сжатием их в кулачки.

— Значит, нас не отчислят? Точно? – продолжала разговор Ила, по всей видимости, уже задававшая этот вопрос.

— Нет, декан только на пересдаче настаивает, – на удивление терпеливо подтвердила Алия.

Она сидела рядом с девицами, но ничего не ела и не пила. Завидев друзей, бодро махнула им и играть в дипломатию не стала, в лоб спросила у Илы:

— Почему ты захотела перенять структуру именно нашего фиала для дипломной?

— Тетя посоветовала брать пример с лучшей команды, чтобы диплом отличный сделать, – простодушно улыбнулась рыжая.

— Она скопировать чужой фиал посоветовала? – изумленно брякнул Род, просто обалдев от такой вопиющей наглости. – Так и сказала?

— Не так, но я подумала, что она сказала скопировать. И Эхинду почему-то тоже так сказала, – наморщила лобик девица, будто удивлялась сама себе.

— А тетя у тебя очень умная? Мамина старшая сестра? – вступила в беседу подошедшая Кира.

— Нет, у мамы нет сестер, только брат, младший, караваны меж мирами водит, а тетя… она какая-то бабушкина тетя, – туманно ответила Ила, для которой запутанное семейное древо было привычным, а потому не стоящим внимания. – Она к нам погостить часто приезжает.

— Старушке одиноко? – понимающе и даже с толикой сочувствия (больше обманщицы не заслужили) хмыкнул Мелвин. Он слишком часто страдал от любвеобильных родственников и их непомерного любопытства, касающегося мельчайших деталей его личной жизни.

— Тетя Дайара совсем не старая, она красивая, но очень одинокая, – вяло возразила Ила и неожиданно всхлипнула: – Я думаю, ее сердце было разбито трагической любовью. Он погиб и обрек ее на вечное одиночество!

Глядя на скуксившуюся Илу, скривила рот и Севери. Секунда-другая… И вот уже обе девицы заревели удивительно слаженно, как парочка описавшихся младенчиков.

Кира закатила глаза. Вот чего она терпеть не могла, так это неуместных девичьих соплей. Розовые никчемные «страдашки» на пустом месте раздражали чище зубной боли. Роду и Мелу стало неловко, Трауль тоже поморщился. М-да, длительное пребывание в муравьиной форме малость перемкнуло девочкам головы. И вернуть все, как было (об улучшении никто даже заикаться не стал), теперь могло лишь время и, пожалуй, нужное место с терапевтической компанией волшебного роя юных феек.

К вопросу почти приворота, который использовала Севери, чтобы завоевать симпатию Рода, возвращаться снова не стали. Чего уж, дело прошлое. Девчонки и так за все заплатили с лихвой: и за кражу, и за приворот.

А вот Альрау тихо хмыкнул, в два шага скользнул к Иле и заглянул в глаза, проведя почти невесомо по голове.

— Какой любопытный узор, – одними губами шепнул безопасник и снова ушел в тень.

Алия же наклонилась к рыжей и, откинув с шеи прядь волос, подцепила что-то пальчиками.

Ила, жалея себя, одинокую тетю и вообще весь мир разом, продолжила рыдать, так ничего и не заметив. А потом обе ревущие девушки разом обмякли и, свернувшись клубочком, дружно засопели на пледе. Голубые и зеленые искорки фейской магии укрыли студенток.